Мятежное пламя полностью

— Вы сами всё уничтожили, сэр Ямос, — разглагольствовал Гетаинир. — А ведь он говорил…

Я сделал шаг вперёд, чувствуя невидимые нити, протянувшиеся между мною и Гетаиниром.

— Стой! — крикнул он, но не дёрнулся.

— Морт! — забеспокоилась Натсэ.

Я сделал ещё один шаг. Разглядел капли пота и страх в глазах Гетаинира.

— Отпусти голову ребёнка, — тихо сказал я. — Разожми пальцы и медленно опусти руку.

Он подчинился.

— С ума сойти, — пробормотала Авелла. — Может, он правда и в ламантина может превратиться?

— Отдай ребёнка Авелле, — приказал я. — Аккуратно, медленно. Авелла?

Она пошла вперёд, протягивая руки. Гетаинир двинулся ей навстречу, но вдруг остановился.

— Отдай ребёнка! — повысил я голос.

Гетаинир улыбнулся:

— Он ведь просил: отдай то, что взял. Но вы притащили её сюда. Огненную Деву. Часть его души.

Я уже слышал нарастающий рёв ветра. Ветра, поднимаемого двумя могучими крылами.

— И неужели вы думали, что он её не найдёт?! — выкрикнул Гетаинир и расхохотался.

Из-за края Материка величественно поднялся Огненный Дракон и расправил огромные крылья над деревней.

Нечасто бывает так, что смотришь на что-то и понимаешь: всё. Это конец. И ты в этом виноват.

Глядя на Огненного Дракона, я думал именно так. После слов Гетаинира мне захотелось воткнуть в землю меч рукояткой и броситься на лезвие. И, честное слово, я был к этому близок. Единственное, что меня останавливало — понимание того, что нужно бороться. Не за себя, так за тех, кто стоит рядом.

Но чёрт побери, действительно, это ж надо было додуматься приволочь на Материк одно из созданий Мелаирима! Слабое утешение: не я это придумал. Все главы кланов облажались одинаково.

— Отдай ребёнка! — заорал я, срывая голос.

Невидимые нити натянулись и зазвенели. Гетаинир, покачиваясь, двинулся к Авелле. Дракон пока ещё висел за границей Материка. Он нас, должно быть, и не видел. Но вот он размахнулся крылом и ударил. Там, где только что был чистый и прозрачный воздух, невидимый купол окрасился алыми и жёлтыми сполохами. Поползли трещины.

Авелла вытянула руки, готовая забрать младенца…

Ещё один удар огненного крыла, и пылающие осколки защиты посыпались внутрь. Отверстие было слишком мало, чтобы дракон в него протиснулся… Но для Мелаирима оказалось в самый раз. В мгновение дракон исчез, а в пробитое отверстие прыгнул человек в алом плаще. Ещё прежде, чем его сапоги — тоже алые — коснулись земли, он взмахнул рукой. Звено за звеном в воздухе образовалась металлическая цепь, опутала Гетаинира. Мелаирим дёрнул цепь на себя, и Авелла успела лишь коснуться свёртка с младенцем. Гетаинир, вскрикнув, отлетел к своему хозяину и упал на спину. Мелаирим забрал у него ребёнка.

— Вот и всё, — тихо сказал он. — У каждой истории должен быть свой конец.

Самое сложное в любой истории — это начало. С чего всё началось? С рождения? До рождения? За секунду до смерти? Наши истории начинаются тогда, когда что-то (или кто-то?) стирает всю прежнюю жизнь и ставит вокруг нас новые декорации. Играй, или умри. Третьего не дано.

Ничуть не легче финал. Когда всё заканчивается? Когда нужно подвести черту и сказать: «Всё!»? Когда найдены все ответы, или когда исчерпаны все возможности? Когда все нашли своё счастье, или умерли? А может, просто тогда, когда ты опустишь руки и поймёшь: «Я больше не могу сражаться».

Начало и конец… Их легко перепутать. И там, и там нередко царит беспросветный мрак. Просто кто-то должен взять на себя смелость и поставить точку, либо запятую. Мелаириму было не занимать смелости, когда он, вновь обратившись в Дракона, взмахнул крыльями, поджигая крыши домов. Это была точка. Но мне, кажется, удалось пририсовать к ней неуклюжий «хвостик», когда я сделал шаг вперёд и вытянул руку навстречу дракону.

— Материк ты не захватишь! — крикнул я.

В деревне начинался переполох. Люди выскакивали из горящих домов и, увидев огромного пылающего дракона, с воплями кидались врассыпную.

— На что он мне? — загрохотал знакомый уже слитный голос, мужчины и женщины. — Я его уничтожу!

— Э-э-э… Нет, это — тоже нет, — мотнул я головой.

Теперь управление магией души частично прописалось в магическом сознании, и сделалось немного легче.

Доступны следующие виды воздействия:

Магия ближнего боя.

Магия подчинения.

Магия защиты.

Магический ресурс души: 2000.

Ну вот. Привык я всё-таки к наглядности. Так и поверить легче, что магия — настоящая.

Подчинение.

Вновь натянулись десятки невидимых нитей, запели, загудели от напряжения. Заревел дракон.

— Отдай нам ребёнка! — крикнул я. — Ты не заберёшь его!

Ребёнок был где-то там, в толще пламени, под защитой Мелаирима. Я надеялся, что под защитой… Ведь Мелаирим вполне мог подумать, что ребёнок Боргенты обладает врождённым иммунитетом к огню.

— Да… как… ты… смеешь! — с трудом проскрежетал своим невероятным голосом дракон.