Миф и его смысл полностью

Я периодически пытался истолковать свою жизнь с помощью подсказок от полюбившихся мне великих поэтов и художников. Пытаясь встать на ноги, я обращался к Шпенглеру и Манну, Юнгу и Джойсу. Это мои основные ориентиры. Сейчас я более или менее погружен в себя. Но те, у кого я учился, казались мне великими умами. Благодаря им я обрел смысл существования. Религиозная традиция, в которой я был воспитан, с этим не справлялась. Мне помогли поэты, философы и психологи. Вдохновение, фонтанирующее из их работ, стало источником моего вдохновения.

Я категорически против громких газетных заголовков, критики, обзоров, списков бестселлеров и прочего. Конечно, можно вечно вести светские беседы, попивая коктейль. Но не это меняет человека изнутри. Найдите того, кого захотите «прочитать», беседуйте с ним, расширяйте круг общения. Вот мой секрет саморазвития. На примере своих учеников я видел, что это работает.

Вы не жалеете, что не преподавали в Чикагском университете (как Элиаде) или в любом другом крупном академическом заведении, где под вашим руководством работали бы аспиранты – последователи школы Джозефа Кэмпбелла?

Я горжусь тем, что преподавал в Университете Сары Лоуренс. Он был моей альтернативой Чикагского университета. (Кстати, я знаком со многими преподавателями оттуда, а Мирча Элиаде мне как брат.) Годы работы там были чудесными. Каждую неделю мы проводили собеседования или занятия со студентками, и это было весьма непросто. У женщин другой склад ума. Мужчины размышляют теоретически, они пытаются понять, как та или иная идея вписывается в общую систему. А у девушек совершенно иной подход. Они задаются вопросом, как полученные знания повлияют на них. Что они изменят в их жизни? Это стало настоящим озарением: история, антропология и мифология открылись для меня с совершенно новой стороны. Мои студентки хотели знать, что миф может значить для них, какое отношение он имеет к реальной жизни. А вместе с аспирантами мужского пола я исследовал бы исторические взаимосвязи или особенности, актуальные, например, для коренных жителей Аляски триста лет назад, но не для современных людей.

Благодаря Университету Сары Лоуренс я ощутил жизнь своего предмета. Именно на этом строилась моя карьера (которая, как мне кажется, вполне удалась). По этой же причине у меня нет такой аудитории, как у других авторов, пишущих для академического сообщества. Моя аудитория – авантюристы, имеющие на все особый взгляд.

Вы проработали в Университете Сары Лоуренс почти сорок лет. Заметили ли вы существенные различия между поколениями студенток?

Да, это произошло во многом благодаря телевидению. Телевизионное поколение предпочитает чтению книг просмотр телепередач, и его интересы сильно изменились. Я всегда давал своим студенткам список рекомендованной литературы, но каждая могла выбрать то, что ей было по душе. Кто-то предпочитал Томаса Манна или Джеймса Джойса, кто-то увлекался индуистским искусством, греческой философией или психологией. А у телевизионного поколения интересы всегда схожи.

Конечно, мне стало проще – не нужно было резко переключаться с Джойса на индийское искусство, а потом на Фрейда. Все хотели одного и того же. Существование любой точки зрения, отличающейся от общепринятой, просто исключалось. У людей не могло быть мнения, которое не совпадало с текущим мнением прессы.

В телевидении есть какая-то нереальность, отделяющая вас от того, о чем там говорят…

Вы не поклонник телевидения?

Вы слышали про телевизионные викторины: угадайте имя такого-то и получите приз? Как-то раз у меня зазвонил телефон, я снял трубку и сказал: «У меня нет телевизора. Я не смотрю телевизор». И кто-то на другом конце провода недоуменно протянул: «Чем же вы занимаетесь в свободное время?» Я усмехнулся.

Пока неизвестно, что произойдет с телевидением. Это очень молодой вид искусства. И людям нелегко его постичь. Думаю, в свое время туда придут художники.

Культура меняется, мы живем в век высоких скоростей. Может быть, пришло время традиционным сексуальным моделям умереть и уступить место рождению чего-то нового, более актуального?

Дети из пробирки – отличное тому подтверждение.

О нет, я не призываю забыть о сексе!

На что тогда тратить свободное время?

Вы преподавали в Университете Сары Лоуренс почти сорок лет. Было трудно привыкнуть к новому ритму жизни, когда вы ушли на покой?