РАССКАЗ КОСМОНАВТА
Доклад Гагарина на заседании Государственной комиссии,
13 апреля 1961 г.
Доклады осуществлял в соответствии с заданием в телеграфном и телефонном режимах. Произвел прием воды и пищи. Воду и пищу принял нормально, принимать можно. Никаких физиологических затруднений при этом я не ощущал. Чувство невесомости несколько непривычное по сравнению с земными условиями. Здесь возникает такое ощущение, как будто висишь в горизонтальном положении на ремнях, как бы находишься в подвешенном состоянии. Видимо, подогнанная плотно подвесная система оказывает давление на грудную клетку, и поэтому создается такое впечатление, что висишь. Потом привыкаешь, приспосабливаешься к этому. Никаких плохих ощущений не было.
Производил записи в бортжурнал, доклады, работал телеграфным ключом. Когда принимал пищу, пил воду, пустил планшет, и он с карандашом «плавал» передо мной. Затем надо было мне записать очередной доклад. Взял планшет, а карандаша на месте не оказалось. Улетел куда-то. Ушко было привернуто к карандашу шурупчиком, но его, видимо, надо было или на клей поставить, или потуже завернуть. Этот шуруп вывернулся, и карандаш улетел. Свернул бортжурнал и вложил в карман. Все равно не пригодится, писать же нечем456.
Перед членами Государственной комиссии стоял совершенно здоровый космонавт – живое подтверждение возможности человека летать в космос. Его полет на корабле-спутнике «Восток» был завершен. Но Гагарин пытался убедить комиссию в том, что он мог бы сделать гораздо больше, что пилот-космонавт мог бы справиться и с более сложными задачами по управлению космическим кораблем.
