Михайлов называет «Историю британских королей» вехой, которая делит историю развития легенды на до и после, а, по словам Артура Мортона, до появления этого труда сведения об Артуре бытовали лишь как народные сказания да в виде отдельных упоминаний в «хрониках».
Следующим важным периодом в развитии легенды Сапковский в унисон с обоими исследователями называет время норманнской экспансии (XI–XII вв.). Эту династию Мортон окрестил «монархией выскочек», которая искала знаковый для себя миф — и нашла его в книге Гальфрида, подобный тому, чем были «Энеида» Вергилия для молодой Римской империи или же предания о Шарлемане для французских королей. Такой миф и был найден в книге Гальфрида с ее сказочными историями о Новой Трое и норманизированным Артуром.
Артуровская легенда в издании Джефри Монмутского неожиданно приобрела политическое звучание, —
Немалую роль в развитии сыграл так называемый бретонский цикл — период, когда на континент проникли латинская хроника Гальфрида Монмутского и французское стихотворное переложение нормандского поэта Васа (XII в.). Это дало массу нового материала придворным поэтам Бретани и Европы в целом. Период ознаменован творчеством Кретьена де Труа, в чьих романах основной пласт легенды предстает в виде фона, а в центре внимания — рыцари короля Артура и их подвиги. Как подчеркивает Сапковский, именно у де Труа впервые в связи с упоминанием короля Артура и Круглого cтола появляются святой Грааль («Персеваль, или Повесть о Граале») и сэр Ланселот Озерный («Ланселот, или Рыцарь телеги»). В этом мнении писатель опять же солидарен с исследователями.
Итак, согласно Сапковскому, благодаря нормандскому завоеванию Англии и требованию популяризировать выгодный для династии миф, легенда об Артуре и рыцарях Круглого стола вернулась в Британию в норманно-бретонской обработке в виде куртуазных романов. Смешавшись с не перестававшей развиваться исконно английской традицией (валлийскими романами, народными преданиями и тому подобным), легенда дала новый импульс уже собственно литературному развитию историй о короле и его соратниках. Артур Мортон пишет: «Рыцарский роман XII в. черпал материал из сказаний героического века. <…> Норманно-французский мир <…> открыл для себя сокровищницу преданий Уэльса и Бретани. <…> Поэты, сочинявшие романы, обогащали и развивали традицию в той же мере, в какой обкрадывали и вульгаризировали ее».
Далее в своем эссе Сапковский подходит к собраниям, или циклам, романов о короле Артуре, рыцарях Круглого стола и святом Граале. Наиболее важными из них писатель считает два:
• цикл «Вульгаты» — коллективный труд анонимных авторов, обращавших особое внимание на религиозный подтекст легенды, приписываемый монахам-цистерианцам;
• «Смерть Артура» Томаса Мэлори — наиболее полный сборник историй о похождениях короля и его рыцарей, подводящий итог развитию рыцарского романа на почве кельтской мифологии.
В дальнейшем, как пишет Михайлов, «мир артуровских легенд сам приобретал мифологические черты. Камелот, Круглый стол, рыцарское братство, поиски Грааля становились новыми мифологемами». И исследователи, и фантаст признают связь между двумя трудами XII века, как и немалое влияние первого на второй.
«Дева святого Грааля». Д. Г. Россетти, 1874 г.
