В таком случае для чего же надевать на себя маски бесчувственных и хладнокровных чудовищ, если вами движет благородная воля? Судя по всему, это компромисс, на который вынуждены были пойти ведьмаки, чтобы общество от них не отреклось. Смотрите сами: в прагматичном обществе, которым правят понятия выгод и издержек, много ли доверия странствующим фанатикам, что без конца слоняются по кладбищам и урочищам, не имея ни очага, ни постоянного ночлега? Рыцарь без страха и упрека вызовет в лучшем случае насмешку, как тот же Эйк из Денесле, бескорыстный истребитель чудовищ, богобоязненный и добродетельный рыцарь с выражением экстатического транса, застывшим на лице.
Страница из энциклопедии естественной истории Hortus Sanitatis. Я. Мейденбах, 1491 г.
Если же такой бродяга назовется истребителем монстров и станет брать деньги (и немалые) за избавление от докучливых чудищ, то сразу обретет конкретные черты и вполне разумную мотивацию. Именно в расчете на этот повальный прагматизм ведьмаки облачили свою благородную борьбу против исконного зла в сухую форму тщательно выверенного ремесла. Людям проще довериться профессионалу, если он руководствуется каким-то кодексом. Им легче поверить в то, что нечеловеческие усилия в борьбе со злом способен приложить лишь тот, кто и сам не вполне человек. Взимание платы за исполнение своей миссии — это всего лишь разумный компромисс. Голодный ведьмак много не навоюет, да и тому, кто берет деньги за работу, доверия больше.
При этом ведьмачьего кодекса — особого свода правил, которым д
При этом его слова о плате и деньгах звучат странно, если вспомнить, что он неоднократно никакой платы за работу не получал или ввязывался в бой без надежды на нее просто потому, что иначе не мог. Именно поэтому он вмешался в бой с «белками», напавшими на обоз под охраной краснолюдов в «Крови эльфов». Именно поэтому не остался безучастным в событиях, разыгравшихся в Цинтре вокруг Паветты. Поэтому встал на пути бандитки Ренфри и оказался в самой гуще расправы над чародеями на Танедде. Это известно всем, кто хорошо знает Геральта, — вот почему Трисс в том разговоре отбросила его довод о равнодушии ведьмаков: «…не разыгрывай передо мной бесчувственного, бессердечного, беспринципного и безвольного мутанта». Ибо он таким и в самом деле не является.
