Теперь давайте рассмотрим, какое воплощение ведьмаки получили во внутрикнижном лоре. Для многих это может стать шоком, но в литературном первоисточнике не упоминаются другие ведьмачьи школы, кроме школы волка в Каэр Морхене. Автор лишь дважды намекает на их существование. Во-первых, в романе «Кровь эльфов» в разговоре с чародейкой Трисс Меригольд Геральт упоминает, что молодой ведьмак Койон, пришедший из Повисса, проводит в Каэр Морхене первую зиму, а значит, из этой школы он не выпускался. Во-вторых, в книге «Владычица Озера» несколько разных ведьмачьих медальонов носит безжалостный убийца Лео Бонарт. Готовясь к схватке с Кагыром, которого Цири представила как ведьмака Геральта, Бонарт заявляет, что уже не раз побеждал в таких поединках.
Конечно, Кагыр не был ведьмаком — всего лишь влюбленным рыцарем. Если помните, именно он спас Цириллу из горящей Цинтры, хотя в будущем являлся ей в кошмарах как черный рыцарь Нильфгаарда с перьями на шлеме. В этот раз защитить девушку ему не удалось, и Цири пришлось самой вступить в бой с врагом. В конце концов одолев Бонарта, она «сорвала у него с шеи медальоны — волка, кота и грифа».
Куда делись остальные школы, догадаться нетрудно. Нам придется свыкнуться с мыслью, что события романа происходят в эпоху упадка ведьмачества. Буквально в его последние годы. Все дело в том, что за несколько десятилетий до событий цикла религиозные фанатики, поддавшись на чью-то (вероятно, чародейскую) провокацию, уничтожили все центры обучения ведьмаков. Каэр Морхен они взяли штурмом и разрушили. Они убили всех, кто там был, и уничтожили все, до чего дотянулись их руки. На протяжении всего цикла многие герои — от ипата Велерада до самого Геральта — сетуют на то, что охотников за чудовищами становится все меньше.
—
В этой беседе Геральт опровергает лишь часть слухов: чудовищ меньше не становится.
Судя по тому, что Койон — неприкаянный ведьмак с другой части света — прибивается к обитателям Каэр Морхена, можно предположить, что печальная участь школы волка постигла все центры подготовки ведьмаков. Эта предпосылка звучит во всех разговорах героев, когда речь заходит о ведьмачестве в целом.
Школы разрушили, когда Геральт уже ступил на свой профессиональный путь. Собственно, все ведьмаки Каэр Морхена, которых мы встречаем на страницах книг, — это те, кого не было в крепости на момент штурма. Они вернулись на развалины уже потом и попытались как-то обустроить там зимнюю базу, оставив для себя лишь одно напоминание: дно рва, окружающего Каэр Морхен, покрывали «истлевшие черепа и кости» — вероятно, тех, кто напал на замок и кто защищал его.
К слову, поголовное истребление защитников крепости уже свидетельствует о том, что ведьмаки все же больше охотники, но никак не солдаты. Нечеловеческое мастерство в фехтовании можно считать побочным эффектом профессии.
Как же появились охотники на чудовищ?
Ведьмаков вывели искусственно специально для борьбы с чудовищами — порождениями Хаоса. Для этого по городам и селам собирали мальчиков 7–9 лет, тренировали их, обучали и проводили через процесс направленных мутаций. Одним из самых опасных было Испытание Травами. Пережить его удавалось не более чем четырем мальчикам из десяти.
Затем наступал черед еще более страшной Трансмутации, и в ней тоже выживали далеко не все.
Изменения затрагивали абсолютно все процессы в организме. Разумеется, одними травами достичь таких мутаций было бы невозможно: дело не обошлось без магии. Более того, без магии не появился бы ни один ведьмак.
Многие герои романа отмечали склонность и даже нездоровую страсть чародеев к экспериментам. Когда волшебник Стрегобор убеждал ведьмака, что бандитка Ренфри — чудовище и мутантка, родившаяся под проклятием Черного солнца, то в красках описал, какие жуткие мутации наблюдал при вскрытии одной из девушек, которой не посчастливилось появиться на свет в одно с нею время. Геральт нашел что ответить на это:
