«Дикая охота Одина». П. Н. Арбо, 1872 г.
В рассказе «Осколок льда» с призрачными всадниками связан и другой персонаж, известный по одной (уже упомянутой нами) сказке. Йеннифэр рассказывает эльфийскую легенду о Королеве Зимы, которая в буран проносится по небу на санях, разбрасывая ледяные осколки. Тот, кому осколок попадет в глаз или сердце, потеряет покой. Он отправится искать Королеву, но никогда ее не найдет и погибнет от тоски.
Ведьмак отбрасывает эту красивую историю и говорит, что это «Дикий гон, проклятие некоторых мест. Необъяснимое коллективное умопомрачение, заставляющее людей присоединяться к призрачному стаду, мчащемуся по небу». Интересно, что Геральту «предлагали немалые деньги» за то, чтобы избавить мир от этих призраков, но он заказ не принял: «Против Дикого гона нет средств».
Хотя Дикий гон и состоит из призраков, он несет с собой опасность.
В то же время в цикле встречаются и другие всадники, более реальные и не менее опасные, — Dearg Ruadhri, Красные всадники Эредина. Это эльфы из народа Ольх, к которым Цири попадает в плен в романе «Владычица Озера». Они способны перемещаться между мирами, но только «до Спирали», хотя что собой представляет эта Спираль, в романах не раскрывается.
Можно было бы предположить, что Дикий гон и Красные всадники — два названия одного явления, если бы не несколько моментов.
Во-первых, когда Цири встречается с призраками на страницах «Часа Презрения», Король гона зовет ее присоединиться к ним, занять место среди них. Для высокомерных эльфов Aen Elle сделать такое предложение человеку, пусть даже в его жилах течет эльфийская кровь, было бы немыслимо. Народ Ольх к Цири относился, мягко говоря, с презрением. Гон явно возглавляло некое воплощение Гвина ап Нудда:
—
—
—
Во-вторых, сам Эредин однажды упомянул Дикий гон в контексте человеческих легенд и безотносительно своих всадников. Он пытался убедить Цири, что в ее мире прошло слишком много времени, чтобы она могла спокойно туда вернуться.
—
