Следует отметить, что причины, которые подтолкнули Рокоссовского и Ватутина провести контрартподготовку, были противоположными. На Центральном фронте это решение принималось, если можно так выразиться, под влиянием переизбытка сил, а на Воронежском – от их недостатка. Уже к началу февральско-мартовского наступления на Брянск войскам Рокоссовского, помимо штатных артчастей стрелковых соединений (отдельных дивизионов и полков), было выделено 20 артиллерийских и миномётных полков РГК, хотя на место они прибыли лишь после боёв, к началу апреля. Кроме того, в апреле продолжался процесс формирования этого фронта, а для его завершения ему запланировали (и начали передавать) дополнительно значительные силы артиллерии, во-первых, для доведения до нормы всех штатов, во-вторых, сверх того, для предстоящего контрнаступления летом 1943 г., в том числе и бригады PC большой мощности (300-мм). В результате предполагалось, что в мае в войсках Рокоссовского будет развернута мощнейшая артмингруппировка общей численностью до 150 полков, бригад и отдельных дивизионов[441]. Ещё раз подчеркну, изначально она готовилась для отражения ожидавшегося после завершения распутицы наступления противника на Курск. Таким образом, упреждающий артудар здесь напрашивался сам собой. Фронт Ватутина после тяжёлой Харьковской оборонительной операции, наоборот, к концу марта оказался обескровленным, и рассчитывать на получение столь значительных сил, как у соседа, его командованию не приходилось. В течение апреля Москва обещала довести войска только до фронтового (сокращённого) штата, т. к. Генеральный штаб и Ставка считали, что в ходе предстоящего наступления главные силы враг сосредоточит в орловской дуге (против Центрального фронта). Кроме того, параллельно с пополнением войск в Курском выступе, шёл процесс создания стратегического резерва – Степного ВО, который требовал значительных материальных и людских ресурсов. Поэтому одновременно с восстановлением боеспособности своих частей и соединений Н.Ф. Ватутин искал любые дополнительные приёмы для усиления обороны и борьбы с противником[442]. Контрартподготовка для этого подходила как нельзя лучше.
Чтобы понять, какая роль отводилась упреждающему артогню в системе обороны фронтов, для примера обратимся к плану штаба Рокоссовского по использованию артиллерийской группировки в борьбе с наступающим противником. Вкратце он выглядел так. Первый этап – уничтожение неприятельских сил на занятой ими территории и непосредственно перед передним краем наших войск. Для нанесения потерь боевым группам, находившимся на исходных позициях перед атакой в 3–5 км от передовой за 30, максимум 60 минут до наступления и должна была начаться контрартподготовка. После её завершения при подходе сил противника на 200–300 м к переднему краю должен быть открыт заградительный огонь орудиями с закрытых позиций, чтобы отсечь пехоту от танков и снизить темп атаки. На втором этапе планировалось истребление бронетехники при входе её в зону прямого выстрела[443] противотанковых орудий на переднем крае главной полосы. Ожидалось, что здесь враг понесёт основные потери, так как будет задействована не только артиллерия, но и мины, ПТРы, гранаты, бутылки с зажигательной смесью. И наконец, на третьем – в ходе возможной борьбы за главную полосу обороны, где предполагалось использовать не только противотанковые резервы (иптап и иптабр), но и гаубичные полки на прямой наводке, подвижные отряды заграждения и даже установки PC[444]. Примерно по такому же плану готовились действовать и соседи, артиллеристы Воронежского фронта.
Поступавшие в конце марта-апреле 1943 г. данные от разведки, а также анализ местности, на которой заняли оборону войска Центрального и Воронежского фронтов, позволили советской стороне сделать вывод, что с большой долей вероятности вермахт нанесёт главные и вспомогательные удары: на севере Курской дуги – в полосе 13-й А и, возможно, по флангам её соседей слева и справа, а на юге – по 6-й гв. и 7-й гв. А. Поэтому для реализации замысла контрартподготовки руководство фронтов предложило задействовать силы артиллерии пяти армий первого эшелона: на Центральном – 48, 13 и 70-я А, на Воронежском – 6-й и 7-й гвардейские. Генеральный штаб поддержал. План упреждающего артудара готовился и корректировался в течение трех месяцев с учётом поступавшей информации от разведорганов. При его разработке штабы обоих фронтов решали целый комплекс различного рода проблем, но главные были три: выявление наиболее важных целей для артиллерии, определение количества и номенклатуры артсредств для их подавления и, наконец, самая сложная – назначение времени открытия огня и его продолжительность. От успешного решения этих задач в основном и зависел успех всего мероприятия.
