При решении этой задачи Н.Ф. Ватутин в первую очередь рассчитывал опереться на своего важного «союзника» – местность. Удачное использование этого фактора, как при подготовке Курской битвы, так и непосредственно в ходе летних боёв, было одной из характерных черт его полководческого почерка. Единственный случай, когда он был вынужден проигнорировать условия местности в ходе контрудара под Прохоровкой, привёл к тяжёлым последствиям. Изюминкой его плана явилась идея по расколу боевого клина ГА «Юг», нацеленного на Курск, путём создания мощного узла сопротивления на смежных флангах двух ударных группировок ГА «Юг», (4-я ТА и АГ «Кемпфа»). Н.Ф. Ватутин предполагал, что основная группировка Манштейна будет сосредоточена в районе Томаровка-Белгород и нанесёт главный удар на север, в направлении Обоянь или на северо-восток – на Прохорову (4-я ТА), а вспомогательный – от Белгорода на восток (АГ «Кемпф») в направлении г. Короча. Прорыв вдоль обоянского шоссе – самый короткий путь к Курску, в то же время здесь была хорошая возможность надежно заблокировать наступление, если правильно использовать условия местности, особенно поймы рек Ворскла, Пена, Донец и Псёл, как естественные противотанковые препятствия. Однако быть уверенным в том, что Манштейн двинет свои основные силы на Обоянь, никто не мог. Чтобы противника подтолкнуть к нанесению главного удара именно вдоль Обоянского шоссе и втянуть его основную группировку в оборону фронта там, где наиболее выгодно нам (а прорыв в первые дни был практически неизбежен), Н.Ф. Ватутин применил военную хитрость, которая гражданскому человеку может показаться крайне циничной. Командующий предложил выстроить полки дивизий на главной полосе 6-й гв. А, удерживавшие обоянское направление, в один эшелон (в линию), а дивизий 40-й и 7-й гв. А, – на смежных флангах с 6-й гв. А, в два эшелона, т. е создать на армейских стыках более высокую тактическую плотность сил, чем в полосе армии Чистякова. Вместе с тем 40-й и 7-й гв. А планировалось серьёзно усилить. Первой предполагалось передать почти столько же сил и средств, сколько и 6-й гв. А, а оборона второй уже имела мощное естественное усиление – реку Северский Донец, и дополнительно в её полосу нацеливались значительные подвижные и противотанковые резервы фронта. Таким образом, Н.Ф. Ватутин одновременно стремился показать немецкой разведке, что обоянское направление объективно самое удобное место для главного удара на Курск, т. к. оперативная плотность советских войск здесь не слишком велика, и одновременно готовился создавать мощный рубеж у соседей И.М. Чистякова, если враг ударит не на Обоянь, а на Корочу (через полосу 7-й гв. А) или Суджу (40-й А). Следует отметить, что на необычную особенность системы обороны Воронежского фронта – низкую тактическую плотность войск на наиболее вероятном направлении главного удара противника и относительно высокую – на стыках 40-й и 7-й гв. А с 6-й гв. А – впервые обратили внимание советские военные историки Г.А. Колтунов и Б.С. Соловьёв в книге «Курская битва». Однако они не объяснили причин, а лишь отметили, что это решение
Следовательно, изначально командующий фронтом жертвовал как минимум двумя стрелковыми дивизиями, развёрнутыми у обоянского шоссе (52-я гв. и 375-я сд), подставляя их под удар значительно превосходящего неприятеля. Он не мог не понимать, что в первый день они если и не будут полностью уничтожены, то их потери окажутся очень высокими. Однако этот приём – один из распространённых в арсенале военачальников. К тому же командующий фронтом будет делать всё от него зависящее в части создания развитой системы обороны на этом участке и усиления этих дивизий, чтобы свести к минимуму их потери в первые сутки боёв.
