И тут на помощь пришло воспоминание: будучи ребенком, он как-то раз, присутствуя на празднике начала пахоты, без всяких особых усилий смог погрузиться в такое сосредоточение, что мир заиграл новыми красками, пришло спокойствие, чувства стали гармоничными. Он стал искать этого состояния снова и принялся медитировать на природе.
Его увидела простая деревенская женщина Суджата Нанд, дочь пастуха, приняла за духа дерева и принесла ему, в соответствии с местными верованиями, рис, сваренный в молоке. Ищущий прозрения понял, что он на правильном пути, уселся под баньяном и дал себе слово, что не встанет, пока не достигнет желаемого.
Баньян
Именно тут, у баньяна, будут происходить очень характерные для сюжетов об отшельниках-аскетах события: демон Мара наведается к Сиддхартхе, чтобы искусить его, но будет посрамлен.
И вот, по прошествии сорока девяти дней медитации под баньяном, в весеннюю полнолунную ночь, в которую Сиддхартхе и исполнялось тридцать шесть лет, у него открылось сверхчеловеческое зрение, и он вспомнил все свои предыдущие рождения. Так пришло просветление, как человеку отстраниться от страданий, причем постепенно, чтобы это было каждому (или почти каждому) под силу. Получив четкие формулировки, это знание стало именоваться «Четырьмя Благородными Истинами». Следуя им шаг за шагом, можно исправить свою карму и в итоге вообще освободиться от кармической зависимости.
Искушение Будды. Индийский манускрипт. VIII–XII в.
Сам основатель буддизма, судя по всему, ничуть не сомневался в том, что по его пути, который он искал так долго, а теперь дорога открыта, может пройти каждый желающий. Не об этом ли приписываемые ему слова: «Никто нас не спасает, кроме нас самих, никто не вправе и никому не по силам сделать это. Мы сами должны пройти по пути, но слова Будды явственно укажут его».
Так бывший царевич стал Буддой Шакьямуни, дословно — Пробужденным из рода Шакья, и был признан духовным учителем. Да, в буддизме нет бога как такового или посредника между людьми и богами, а есть человек, достигший сверхчеловеческих возможностей.
Что же это за истины? Каков же открывшейся в процессе медитации алгоритм?
Сразу оговоримся: следование этим правилам не избавляет от страданий в примитивном, прямолинейном понимании. Речь идет скорее о сосуществовании человека с проблемами его бытия, о примирении с ними. Именно так достигается свобода от страдания. Даже осознание конечности человеческой жизни становится неспособно обессмыслить ее.
Первая истина — это то, что понял царевич Гаутама, впервые покинув свой дворец: все существование человека есть страдание, счастливые моменты слишком недолговечны, чтобы оказать решающее влияние на его бытие.
Но страдание, как гласит вторая истина, не является неизбежным. Оно возникает вследствие желаний: желания жить в этом мире и получать от жизни удовольствие. Иными словами, человек доволен, пока получает удовольствия, и становится несчастным, лишаясь их.
Третья: если причина страдания в самом человеке, значит, и избавление от страдания — плод человеческой воли.
