Мне вновь вспомнилось лицо царицы Сузаль. Как и Аазу. Похоже, Гурн понял, о чем мы думаем, и бросил на нас свирепый взгляд.
– Вы называете себя мастерами решать проблемы. Вы используете для этого капитал этого дурака Сэмуайза, а сами все время торчите здесь, наверху, жалея самих себя. Я бы назвал вас мошенниками.
– Эй! Полегче! – рыкнул Ааз. – Отдых для подзарядки – не мошенничество.
– Похоже, ты не сможешь заработать свои комиссионные, – сказал Гурн. – Итак, мое второе требование: снимите чары. Немедленно. Ее величество должна быть избавлена от недуга, из-за которого она извергает царский обед почти сразу после его употребления. Если вы найдете способ решить проблему, она ничего не узнает. В противном случае я сделаю все для того, чтобы тебя и этого идиота беса заперли в темнице на должный срок, до тех пор пока тебе не понадобится этот самый невидимый камень на пирамиде, который ты регулярно посещаешь. Мое терпение не безгранично. Вы должны решить эту проблему быстро, или я позабочусь о том, чтобы ты испытал на своей шкуре все существующие наказания. Я даю вам одну неделю.
– Тебе не кажется, что мы как раз над этим работали? – хмуро спросил Ааз.
– Возможно, но без достаточных стимулов. Вот тебе от меня такой стимул: если вы не добьетесь успеха, я брошу вас за решетку и стану пытать, и буду наслаждаться процессом.
– Ты сам-то хоть знаешь, как снять проклятие? – спросил я.
Гурн посмотрел на меня:
– С какой стати мне вам помогать? Возможно, Диксен передумает и построит пирамиду, достойную ее величества, вместо этой коммерческой уродины.
– А свиньи займутся инвестиционным банкингом, – буркнул Ааз. – Ну-ну. И то и другое имеет равные шансы. В смысле, равные нулю. Это единственный каменный треугольник, который ей светит, и ты это знаешь.
– Я? – спросил Гурн, задиристо вскинув подбородок.
– Мы все хотим, чтобы это сработало, – сказал я, вставая между ними. – Хорошо, возможно, по разным причинам, но мы хотим, чтобы это закончилось большим успехом. Чисто теоретически, как бы ты снял проклятие, которое его создатель отказывается отменить?
– Просто вовлек бы его в свой проект, – с невинным видом сказал Гурн. – Включите воображение.
Прежде чем я успел задать ему новый вопрос, он исчез.
Неделя в Гордоне составляла семь дней, так же как в Пенте или Деве. Что давало нам не слишком много времени, чтобы выяснить, как подобраться к Диксену или найти способ снять проклятие без его помощи. Мы вернулись на Деву для мозгового штурма совместно с остальной частью корпорации М.И.Ф.
– Не проще ли просто выйти из проекта? – спросила Банни.
– Нет, – решительно заявил Ааз. – Мы останемся. Или, если вы все захотите разорвать связи, останусь я.
– Я тоже останусь, – сказал я.
– Тогда что же нам делать? – спросила наш президент.
– Я могла бы проникнуть в офис Диксена, – предложила Тананда. – Что, если войти туда через верхушку сферы и использовать коммерческие чары замораживания, как это сделала Марки? Если точно знать, когда он оттуда уйдет, я могла бы просмотреть его документы. Даже если он узнает, что я там была, а он наверняка узнает об этом, то что он может со мной сделать? Проклятие уже коснулось нас всех.
– Ответ на твой второй вопрос – «много чего», – сказал Ааз. – У этого парня довольно продвинутые идеи по поводу личной неприкосновенности. Мы пробыли в его кабинете всего несколько минут. Если он наложил проклятие на планы, которые собирался выбросить, то кто знает, что у него в его постоянных файлах? Что же касается первого вопроса, бесполезно. Допустим, ты нашла нужную страницу в его «Книге любимых проклятий». Он все равно не снимет его.
– Взятка? – спросила Паук. Она и Пуки вернулись на текущее совещание персонала, чтобы убедиться, что я все еще жив и здоров, и предложили свои услуги. – Наверняка есть что-то такое, чего парень хочет больше, нежели мести.
– Это могло сработать до нашего разговора с ним, но я сомневаюсь, что его гордость позволит ему принять что-то от нас сейчас.
– Может, попытаться его убедить? – предложила Пуки. Я прекрасно знал, какое убеждение она имела в виду. Под комбинезонами в облипку, которые так обожала кузина Ааза, скрывался внушительный арсенал.
– Это должно быть что-то психологическое, – сказал Нунцио. – Я не заметил в его системе безопасности слабых мест.
– Этот пузырь надежно защищен, – добавил Гвидо. – У Диксена есть одно большое преимущество: он может видеть подходы к нему с дальнего расстояния.
– Любой в чем-то где-то обязательно уязвим, – стояла на своем Пуки.
– Опять же, этот парень тот еще упрямец, – сказал я. – Думаю, единственная причина, почему он в тот вечер не выгнал всех нас взашей из своего офиса, заключалась в том, что мы находились там под защитой Си-Кера. Не в привычках Диксена привечать непрошеных гостей. По словам Сэмуайза, благодаря его репутации ему не нужна другая защита, но ведь он каким-то образом ее заслужил.
– Я до сих пор расстроена тем, что Сэмуайз пригласил нас под ложным предлогом, – сказала Банни.
