Ааз вздрогнул.
– Это не твоя вина, Ааз. Был только один человек, который мог отрицать, что он получил чертежи на законных основаниях, но мы его не спросили. Да мы и не могли, учитывая, что Диксен возглавлял, как мы теперь знаем, конкурирующее архитектурное бюро. Но нам никак не идет на пользу тот факт, что наше имя продолжает ассоциироваться с Сэмуайзом.
– Я пока не готов бросить этот проект, – признался Ааз. – Сэмуайз заслужил наказание, но все остальные его сотрудники – нет. В любом случае в наших интересах поддерживать контакт, пока проклятие не будет снято.
– Итак, как нам лучше всего двигаться дальше? – уточнила Банни. Она больше не спрашивала, хотим ли мы по-прежнему участвовать в этом проекте.
Ааз нацелил коготь в пол.
– Нужно заняться самим Диксеном. Найти его слабые места – значит найти способ убедить его снять проклятие.
– Значит, снова исследования, – вздохнула Банни.
– Я проверю, где он посещал школу магии и где жил до того, как поселился в долине Зикс, – сказала Тананда. – Вдруг в его биографии есть что-то такое, за что мы могли бы зацепиться.
– Я обойду знакомых магов и волшебников, изучавших черную магию, – сказал Ааз. – Твити также обещал поспрашивать у своих коллег. Мне не обязательно быть все время на стройке. Там ничего не происходит такого, что нельзя объяснить проклятием, и большая часть этого – разные мелочи. Буду ежедневно проверять отчеты о проделанной работе от руководителей отделов.
– Я прослежу за Диксеном, – пообещал я. – Посмотрим, есть ли у него контакты, которые будут к нам более дружелюбны, нежели он.
– Или же его дурные привычки, которые мы могли бы использовать, – добавила Пуки.
– Хорошо, – сказала Банни. – Завтра вечером сравним записи. – Совещание переносится.
С помощью постоянно сменявших друг друга волонтеров-верблюдов я из разных точек пустыни наблюдал за павильоном Диксена. Маг проводил там большую часть своего времени. Сквозь полупрозрачные стены мне было видно, как он расхаживает по своему офису наверху сферы. Покои его матери были занавешены шторами, не пропускавшими большую часть солнечных лучей. Вечером ее силуэт был виден мне на фоне стены.
На второй день моих бдений в боку сферы открылось отверстие. После бессонной ночи и дня у меня слипались глаза, и я едва не упустил его. Я похлопал себя по щекам, заставляя проснуться. Диксен выплыл через отверстие на волшебном ковре. Хотя небо было пустым и безоблачным, я боялся потерять его из виду. Любая, даже самая малая возможность разжиться нужной нам информацией, способной изменить его мнение, стоила этого риска.
– Следуй за ковром, – приказал я своей верблюдице.
– О, легче легкого, – сказала она через плечо и поспешила вслед за быстро исчезающей фигурой. – Диксен всегда после обеда ходит в Казбу.
Она была права. Мы переплыли пески, причем успели вовремя, потому что Диксен как раз приземлился на краю многолюдного рынка. Как только маг сошел с ковра, тот скрутился в плотный рулон. Диксен поставил его у ближайшей стены рядом с несколькими другими. В тот момент, когда я слез на землю, Диксен шагнул в толпу.
Я принял обличье горда с головой козла – мой обычный внешний вид вызвал бы слишком много комментариев. Торговцы наперебой расхваливали свой товар, предлагали мне чай или пиво, но когда я вежливо их отталкивал, оставляли меня в покое. Я боялся потерять Диксена в огромной толпе. Люди внезапно останавливались посреди улицы, чтобы посплетничать, поорать друг на друга, пожаловаться или побыстрее завершить сделку. Почувствовав, как к моей сумке на поясе тянется рука карманника, я веревкой из магии привязал его к шесту палатки. Я не хотел иметь дело с властями. Возможно, это мой единственный шанс увидеть, куда направляется Диксен.
Мы свернули на улицу, прошли мимо повозок, набитых всевозможными безделушками.
– Оберегайте свои сыры от плесени и высыхания! Храните свои молочные продукты в… – крикнул магу продавец сырных тарелок и умолк на полуслове, сообразив, кто перед ним. Он поспешно накрыл фигурки пирамид куском выцветшей ткани и поднял куклу с головой собаки.
– Игрушки! – выкрикивал он. – Игрушки для ваших драгоценных детей!
Даже не взглянув на торговца, Диксен двинулся дальше. Я поспешил за ним следом.
Теперь мы направлялись к самым старым лавкам. Когда он свернул за угол, я нырнул за удобную складку ткани и сменил обличье, обзаведясь мордой рыбы. Мои ноги теперь были похожи на серебристые плавники. Мой щегольской вид удостоился нескольких восхищенных взглядов.
Между тем Диксен зашагал дальше по улице продавцов еды. Я проскользнул мимо лавки Май-На, кое-как бочком сумев обойти нахальную особу и полудюжину или около того ее отпрысков, громко требовавших, чтобы их накормили первыми. За хорошо одетой гордессой с птичьей головой увязался бродячий торговец с открытым коробом на шее.
– Это то, что вам нужно, дорогая леди! Это уничтожит все гусиные лапки вокруг ваших прекрасных глаз, какие наслала на вас жестокая природа! Сотрет все признаки возраста, портящие вашу красоту!
