Еще недавно Радуев призывал чеченцев к войне с Россией до победного конца. Он кричал, что каждого чеченца надо начинать готовить к войне с Россией с 12 лет. Они обещал подготовить подразделение смертников из числа добровольцев, у которых погибли братья, сестры, матери, отцы. Он утверждал, что если будет надо, то сам готов пойти взрывать российские объекты и выступить в роли смертника. (Очередной блеф. Никто из лидеров так называемого чеченского сопротивления ни разу не подставил свою голову под пулю и, уверен, не подставит. А вот голов чужих молодых парней для удовлетворения собственных амбиций им не жалко ни одной.)
Находясь в «Белом лебеде», этот недавний непримиримый боец и «легендарный», как он, несомненно, считал, командир армии генерала Дудаева стал миротворцем. Внимательно слушавшим его журналистам он снисходительно и даже покровительственно объяснял: «Все еще есть желающие вести войну до конца, но этот конец не принесет ничего полезного ни России, ни Чечне». По его словам, даже Дудаев осознавал, что рано или поздно все равно придется сесть за стол переговоров с руководством России и мирно разрешить конфликт.
Радуев замыслил начать писать книгу, но осуществить свое намерение не успел.
6 декабря 2002 года у Радуева появилось небольшое кровоизлияние в глазу. Судя по всему, на это не сразу обратили внимание, ведь Радуев ни на что не жаловался. 13 декабря он был переведен в областную больницу УТ 389/9 ГУИН России по Пермской области с диагнозом геморрагический васкулит (воспаление стенок мелких кровеносных сосудов) неясного генеза, множественные кровоизлияния во внутренние органы. Утром 14 декабря Радуев умер в терапевтическом отделении городской больницы Соликамска в результате обширных внутренних кровотечений.
Вскрытие установило, что Радуев страдал лимфомой (гематологическое заболевание лимфатической ткани, при котором начинается быстрое увеличение лимфатических узлов, сопровождаемое поражением различных внутренних органов, в которых происходит бесконтрольное накопление опухолевых лимфоцитов). Никакой титановой пластины, широко разрекламированной им самим, в его голове обнаружено не было. Была обнаружена только небольшая металлическая скоба, которую ему вставили после очередного ранения. А ведь Радуева даже прозвали «Титаник» за эту самую пластину, о которой он всем хвастался и которой он очень гордился.
Тело Радуева родственникам выдано не было. В соответствии с Инструкцией Министерства юстиции РФ «О порядке погребения лиц, умерших в период отбывания уголовного наказания и содержания под стражей в учреждениях ФСИН России» оно могло быть выдано. Но Радуев был террористом, и на него даже после его смерти общие правила не распространялись. Тела погибших террористов не выдаются, и это общемировая практика. Тело Радуева было сожжено. Место захоронения его праха не объявлено.
Некоторые общественные организации, например Международная амнистия, которая себя скомпрометировала поддержкой чеченских террористов и не осудила их за взрывы жилых домов в Москве и других городах России, потребовали провести независимое расследование причин смерти Радуева. Отклика на это не последовало ни от кого. Радуев никому уже был не интересен и не нужен, в том числе и чеченским боевикам. В сущности, он умер еще за несколько лет до своей физической смерти.
Единственные, кто в какой-то мере были озабочены вопросами смерти Радуева, были его близкие родственники. Робкую попытку поднять вопрос о выдаче тела террориста предпринял адвокат Арсанукаев. На его письменные запросы ответа не последовало, а в ходе устных переговоров было рекомендовано по этому вопросу обращаться в Москву, а не к руководству колонии. Родной брат Сулейман заявил было, что поедет разбираться в Соликамск, но дальше Москвы не двинулся, да и из Москвы, как только стало известно, что он здесь находится, решил вскоре поспешно ретироваться. Ведь, несмотря на акт амнистии, никто не забыл, что он делал в Кизляре. Сам Сулейман Радуев говорил, что опасается мести.
Во всяком случае вдова Радуева Лида тоже не поехала в Соликамск. Более того, вопреки заявлениям для журналистов, судя по всему, родственники так никуда обращаться и не стали, понимая, очевидно, бесперспективность подобных попыток. Начальник пресс-службы ГУИН Министерства юстиции России сделал следующее официальное заявление: «К нам никто из родственников Радуева с просьбой о перезахоронении не обращался. Тем более что наше ведомство эту проблему решать не уполномочено — этот вопрос находится в ведении местных властей». Круг замкнулся. Ясно, что место захоронения террориста Радуева не будет объявлено и соответственно останется неизвестным.
