Фонд может оказывать поддержку странам, рассмотрение которых проводит комиссия, а также
В этих разъяснениях, размещенных на официальном сайте КМС, расположенном на интернет-портале ООН, что ни абзац — то букет откровений, достойных места в анналах истории глобальных политических афер.
Итак, прежде всего зафиксируем межправительственный формат КМС, отметив, что за рамками Устава ООН он получил распространение после 1992 года, то есть после разрушения СССР, проведения Конференции ООН по окружающей среде и развитию в Рио-де-Жанейро и создания Комиссии по глобальному управлению и сотрудничеству. И с тех пор последовательно укреплялся с помощью отделения глобального политического управления от глобального экономического, вывода части соответствующих институтов вне ООН и преобразования расплывчатой «Повестки дня на XXI век» в четкие и конкретные «Цели развития тысячелетия». Не забудем, что именно с их помощью экологическая, экономическая и социальная проблематика глобального управления была дополнена политикой и геополитикой, а также вопросами геостратегии.
Межправительственный формат позволяет «частным и независимым группам» глобальных олигархов, скрывающимся за специализированными учреждениями ООН, маскируясь формулой «Мы, народы...», апеллировать совсем не к народам, а к компрадорской, продажной и наиболее коррумпированной части национальных элит. Это и есть тот самый «механизм, который используется международным сообществом для решения <...> задач по обеспечению мира».
А КМС — это не что иное, как инструмент, расширяющий возможности этого механизма. Провозглашенная «уникальность» комиссии заключена в наделении ее функцией коммуникации между «международными донорами, международными финансовыми институтами» (которые контролируются все теми же «частными и независимыми группами») и «правительствами стран, предоставляющими войска». Как установлено выше, это делается для «развертывания различных миротворческих миссий на региональной и субрегиональной основе», ибо «маловероятно, что потребность в быстром реагировании удастся удовлетворить только за счет использования механизмов ООН».
Еще мы установили, что региональными организациями, наиболее интенсивно взаимодействующими с ООН по миротворческим вопросам, являются Европейский союз, ОБСЕ и НАТО. При этом, как помним, официальными документами ООН заведомо признается не только правомерность наличия побочных, официально не раскрываемых целей и мотивов «миротворческого» вмешательства, но и его несанкционированный характер в «безотлагательных ситуациях», когда санкция получается задним числом — «после начала подобных операций»265.
Грех не упомянуть, что так называемая «уникальность» КМС также обусловлена возможностью «привлекать внимание к любым проблемным областям, способным подорвать мир». Поскольку «подрыв мира» — это насквозь конъюнктурная трактовка, суть которой отражается известным афоризмом «у нас разведчики, а у них — шпионы», постольку эта «уникальность» объясняется вниманием к тем или иным событиям со стороны «людей и организаций», представляющих интересы тех же самых «частных и независимых групп». Иначе говоря, глобальной олигархии, именующей себя «интеллектуальной элитой и мировыми банкирами», вперемешку с бюрократией ООН — тоже глобальной, космополитической, члены которой уже давно оторвались от собственных народов, национальных корней, почвы и истории.
Таким образом, Комиссию по миростроительству можно считать некой «верхушкой» эволюции межправительственных структур — органом, который владеет определенным инструментарием, с помощью которого глобальные институты внутри и вне системы ООН «поощряются» к выполнению ее «рекомендаций и советов». С этой точки зрения обращает внимание использование в цитируемом материале такого термина, как «вовлечение», употребляемого по отношению к «национальным и транснациональным властным структурам». Это оговорка в точности «по Фрейду», ибо признается как наличие именно властных транснациональных структур, так и «вовлечение» в них национальных властей. Кроме того, хорошо известно, что сам термин «вовлечение» («engagement») авторами заимствован в лексиконе Трехсторонней комиссии, которая обозначает им втягивание в сферу влияния глобально-управленческих структур отдельных стран, например России568.
