«<...> Можно с уверенностью предположить, как выглядела бы архитектура миростроительства в 2010 году, если бы ожидания, порожденные в 2005 году, были в полной мере реализованы на практике. <...> Большее число стран захотели бы попасть в повестку дня Комиссии по миростроительству; <...> было бы более четко видно, каким образом работа комиссии позволила изменить положение на местах; <...> миростроительство заняло бы более высокое место среди приоритетов ООН; <...> более проч
ные отношения были бы налажены между Комиссией по миростроительству и Советом Безопасности, Генеральной Ассамблеей и ЭКОСОС; <...> Управление по поддержке миростроительства имело бы больший вес в Секретариате; <...> Комиссия воспринималась бы в качестве (sic!) одной из ключевых сторон всеми субъектами как вне системы ООН, так и в рамках этой системы, включая (sic!) международные финансовые учреждения.
<...> В 2005 году высказывались опасения по поводу того, что поскольку потенциальное взаимодействие с Комиссией по миростроительству может принести соответствующие выгоды, число стран, которые пожелают наладить сотрудничество с ней, будет чрезмерно большим и Комиссия не в состоянии будет справиться с соответствующей нагрузкой. Однако это оказалось не так. Ясно, что предполагаемое соотношение между рисками и выгодами заставило некоторые потенциальных кандидатов отказаться от такого взаимодействия <...>.
<...> Мы рассматриваем вопрос о том, почему на сегодняшний день комиссии не было поручено заниматься большим числом стран<...>.
<...> Фонд миростроительства задумывался как элемент, дополняющий работу комиссии, однако представляется, что в некоторых отношениях он затушевывает ее работу. Поскольку он был создан в то же время, что и комиссия, и функционирует параллельно, существует тенденция рассматривать комиссию в качестве, главным образом, (sic!) „дороги" к средствам Фонда <...>.
<...> Включение в повестку дня новых стран должно быть обусловлено соответствующей необходимостью, а также должно происходить с учетом эффективности работы и возможностей комиссии; она является инструментом, который был задуман и создан с целью обеспечить реальное изменение положения дел, и ее следует активно поощрять к тому, чтобы она стала именно такой.
На практике это означало бы готовность Совета Безопасности рассмотреть более широкий круг ситуаций, которые являются основанием для включения в повестку дня; это рассмотрение могло бы охватывать ситуации в более крупных странах или ситуации в секторах или регионах <...>.
<...> Могут возникать ситуации, когда необходимо нечто более „легкое", чем полномасштабные структуры по конкретным странам, которые существуют в настоящее время. <...> Большинство заинтересованных субъектов готовы пойти на определенные эксперименты, если будет гарантировано, что та или иная ситуация привлечет к себе должное внимание.
Комиссии вместе с Управлением по поддержке миростроительства настоятельно необходимо разработать такую стратегию в области коммуникации, которая будет самым непосредственным образом нацелена на деятельность на местном уровне, од
