нако будет также охватывать и государства-члены в Нью-Йорке, и Секретариат. Цель этой стратегии должна состоять в том, чтобы подготовить написанный понятным языком документ, дающий представление о том, из чего состоит архитектура миростроительства и каким образом взаимодействуют ее элементы. В ней должны быть кратко охарактеризованы выгоды, которые несет взаимодействие с комиссией: к числу ключевых таких выгод относятся внимание международного сообщества, политический дивиденд, информационно-пропагандистская деятельность. Отношение к „марке" необходимо изменить с тем, чтобы она стала восприниматься гораздо более позитивно: функционирование комиссии представляет собой новаторский и современный подход, в рамках которого международное сообщество „сопровождает" затронутые конфликтом страны в период, когда они определяют свое собственное будущее <...>.
<...> Вовлекать национальных субъектов необходимо путем создания механизмов, обеспечивающих передачу правительству и его национальным партнерам управленческих функций и функций осуществления планов и проектов. <...> Несомненные преимущества имел бы единый общий плановый документ (озаглавленный так, как пожелают национальные власти), вокруг которого могли бы объединиться национальные власти и международное сообщество»569 (курс. — Авт.).
Если коротко, то здесь приведена своеобразная исповедь глобализаторов за пять лет их управления КМС. Мы, дескать, рассчитывали, что к нам выстроится очередь из желающих «урегулироваться». Но «желающие» тем временем рванули не к нам, в комиссию, а в фонд — за деньгами и с участием в «глокализации» спешить не стали, опасаясь ее издержек. (Понятно, что опасались потери суверенитета, и опасались справедливо.) Поэтому требуются две вещи. С одной стороны, жесткая увязка финансирования с «готовностью Совета Безопасности рассмотреть более широкий круг ситуаций <...> в более крупных регионах» (то есть интенсификация «глокализации».) С другой же стороны, ставится вопрос об «облегчении» условий миростроительства за счет передачи планов и проектов в ведение правительств (глядишь, и клюнут на эту приманку.)
А вот когда клюнут, пряник следует сменить кнутом. А именно: «разработать единый общий плановый документ», обеспечивающий выполнение «новаторской» миссии «сопровождения» урегулированных стран к своему запрограммированному будущему. (А то, не дай Бог, свернут в сторону.) Назвать этот документ можно так, как захотят подвергаемые урегулированию аборигены. (Пусть хоть горшком обзовут, главное, чтобы в печку не ставили! ) Выполнение этого плана, ясное дело, должно будет контролироваться «международным сообществом». (Иначе никакого доступа к кормушке, то есть, извините, к фонду.) Кроме того, оно также должно подкрепляться соответствующим «пиаром», предназначенным для раскрутки «марки» или бренда миростроительства (на наш взгляд, термин «бренд» точнее соответствует общей идее проекта.)
Словом, все как в анекдоте про собаку времен «перестройки», которая пожаловалась «застойной» собаке, что при Горбачеве, в отличие от Брежнева, «гавкать разрешили, но миску отодвинули»!
Констатировав воплощение в рассмотренных документах основных положений доклада «Более безопасный мир...», подготовленного в 2004 году Группой высокого уровня ООН по угрозам, вызовам и переменам, зададимся рядом вопросов. Например: как вам, уважаемый читатель, такая перспектива, как вынос на рассмотрение КМС ситуации в «какой-либо стране без ее согласия»? (А ведь именно это предлагается упомянутым материалом с официального сайта КМС!) Не открывает ли это дорогу самочинному интервенционистскому вмешательству во внутренние дела такой страны, которое отнюдь не отрицается, а лишь признается «маловероятным» (то есть вроде бы и «мало <...>», но в то же время «<...> вероятным»)?
