Миха сотворил знак кода перед камерой. Увидел, как слово «Мир» подкрасилось приятным зелёным цветом. Почти сразу другой выключатель – чуть ниже – переключился на «Плохое здравоохранение».
– Стоп, а это зачем? – Миха указал пальцем в экран. – Тут пусть будет, как было.
– Давай оставим, – предложил секретарь и взглянул на посетителя, что-то прикидывая в уме. – Если и здесь отключить, то задание начнёт сыпаться – устанешь подбирать: катастрофы, вирусы, наводнения. Так уж тут, – извиняющимся голосом добавил он. – Внутренние алгоритмы… Защита от перенаселения…
– Власть машин?
– Да ну ты чё, какая власть, – поморщился бородач. – Говорю же, настройки такие. Потом поковыряюсь, может, что-то найду… Хотя без кода – нет, не всё даст.
– Ты смотри, войну обратно не включай.
– Это я понял уже.
– Ой, погоди, – спохватился Миха. – Без войны же у нас деревья высохнут, так?
– Ну нам-то здесь это как-то, – улыбнулся служитель. – А у вас – да. Кислорода, конечно, маловато будет на такой высоте. Зато появится повод обратно спуститься, – он подмигнул. – Там же, говорят, радиация – будь здоров.
– Валька бы мне за такое… – произнёс Миха и горько поморщился.
– Да не будет ничего, – успокоил бородач. – Корпариум старые воздуховоды расчехлит и будет себе с земли качать. Ну заплатите чуть больше…
– Деревья жалко, – признался Миха. – Как бы людоеды, а жалко.
– Так что? Войну включить обратно? – растерялся секретарь.
– Нет, нет, не надо. Пускай Корпариум сам разбирается.
– Так и я про это.
– Слушай, секретарь, насчёт Корпариума… Эти ребята не придут к тебе обратно войну включить?
– Ты объективно барон?
– Да.
– Тогда у них прав не хватит, чтобы решение твоё отменить.
– А если другой барон придёт?
– Слушай, братиш, я за всю жизнь барона… Короче – неясно, что ты здесь делаешь. Ты там должен в этой, как её… в роскоши, в женщинах…
– Надо же, – Миха потёр шею, – так просто всё… Раз – и выключил… Я тут настроился, – он кивнул на оружие у стены, – а тут…
– Так чего раньше не зашёл, если объективно беспокоило?
– Я же тебе говорил… А тебя что, не беспокоило?
– Что именно?
– Война, например. На одного небожителя – сотня диких. В голове не умещается… У вас ладно – взрослые идут, а у нас – детей на смерть отдают.
– Детей? Так это ж для небожителей нормально, братиш, – секретарь сделал удивлённое лицо.
– Ты думаешь?
– Ну вы меня удивляете, барин, – проворчал бородач и снова погрузился в экран. – Так… Где-то здесь… Ага… Мораль… Вот смотри. Чтобы народ хоть к чему-то был привязан… вот, видишь? В базовых понятиях отмечены религии на выбор. Вот видишь, какие включены? Вот они сейчас тон и задают. Видишь, нет?
– Ну вижу. И что?
– Ну как же? Ребёнка на смерть – это, брат, доброе правило у ваших.
– Поясни, – Миха помотал головой.
– Так я не помню все эти… но такого не знать… ну, братиш, – здоровяк посмотрел на Миху с упрёком. – Вы там и впрямь в радостях зарылись.
– Выключить эту религию можно?
– Вот не стал бы, честное слово, не стал бы, – заупрямился секретарь. – Бог не Яшка… Я с ним в такие игры не играю. Да и вообще, уж поверь мне, там в коде масса полезного… По частям такое не настраивается. Уж точно не нами.
– Так, а что делать-то тогда?
– Слушай, а чего ты паришься? Войну же выключили?
– Выключили, – подтвердил Миха.
– Ну и всё, – служитель широко и щербато улыбнулся. – Можешь спокойно к семье с победой…
– Ну да, – произнёс Миха. Губа его мясисто отвисла, взгляд затуманился.
– Упс, – секретарь застыл, вглядываясь в гостя. – Бухатый… а я ведь знаю, кто ты, – неуверенно произнёс он.
Служитель дёрнулся встать, взгляд его испуганно метнулся к ружью у стены. Миха сделал шаг назад, взялся за ствол, но оружия не поднял. Бородач вернулся в кресло, откатился от стола, замер, не спуская глаз с винтовки.
– Ты чего дёргаешься-то? – спросил Миха, не подбирая губы.
– Ты же Миха? Тот самый Миха? – тихо спросил секретарь.
– Ну, Миха. И что?
– Который Северную Локацию уронил?
Миха пожал плечами. Взял оружие в руки.
– Ты только это, не горячись, – бородач поднял руки.
– Не дёргайся. Не трону, – пообещал гость.
– Так это ты, да?
– Я, – недовольно произнёс Миха. – Да ты не робей, бородатый. Чудить не будешь – уйду, и всё. Только возвращаться не заставляй.
– Но ты же тогда…
– Тогда – мне тогда наверх надо было.
– Несколько тысяч под обломками. Месиво из людей. Некоторых так и не нашли…
– Ну да. Пришлось показать, что будет, если не примут. Северная – самая маленькая была. Я же не зверь какой…
– Писали, что тебя того…
– Много чего пишут. Но меня безопаснее рядом иметь – я и мёртвый могу неприятности обеспечить.
– Да, – пробормотал секретарь и сухо сглотнул.
– Да не дёргайся ты, я жене обещал никого не трогать.
– Да?
– Ну я же говорю, – Миха повёл плечами, вроде как сожалея об обещании. – Мне бы теперь своих, то есть сына, – поправился он, – сверху забрать, – опасный гость ткнул стволом в потолок, – потом потеряться.
– Сына? – секретарь старался говорить спокойно. – Почему сына? Жена не пойдёт?