В этот же день на митинге Калинин, он же «товарищ Никанор», говорил о Манифесте. Призывал не верить ему, предупреждал, что это лишь маневр, который нужен царскому правительству для того, чтобы выиграть время, собраться с силами и нанести сокрушительный удар по революции.
Но все же власть, пусть и вынужденно, объявляла о некоторых послаблениях и свободах. Например, последовала частичная амнистия ранее арестованным по политическим статьям. Для Калинина это означало возможность вернуться на Путиловский завод. Вскоре большевики избрали Калинина членом районного комитета партии. Здесь он выступил одним из инициаторов создания легального рабочего клуба Нарвского района. Нередко и сам выступал в клубе с докладами, беседовал с рабочими, распределял нелегальную литературу. Здесь как-то раз он увидел незнакомого человека — невысокого, с большой лысиной, обрамленной рыжеватыми волосами. Быстрой походкой человек подошел к Калинину, протянул руку: «Здравствуйте, „товарищ Никанор“. Очень рад познакомиться… Ульянов». Так просто и буднично произошло знакомство Калинина с Лениным.
В эти напряженные, отчаянные дни осени 1905 г. в жизни Калинина произошло важное событие. Как-то он пришел в гости к своей ревельской знакомой — большевичке Татьяне Словатинской, ныне проживавшей в Петербурге. Был приятно удивлен, встретив многих знакомых. Но были и незнакомые — парни, девчата. Среди них Катя Лорберг. Кто-то вспомнил о маевке возле озера Юлемисте. Катя с оживлением начала рассказывать, что и она там была, что эта маевка для нее, по сути дела, явилась боевым крещением, началом пути в революцию. Калинин слушал, и вдруг странное чувство к этой худощавой, стройной девушке шевельнулось в сердце: «Экая милая да маленькая — ей бы танцевать да хороводы водить с девчатами, а — поди ж ты! — наш человек, революционерка». Разговорились. Общая тема для разговоров была: Ревель, его люди, улицы. Катя рассказала о себе, о том, как работала в Ревеле ткачихой, как бастовала вместе со всеми, как, спасаясь от преследований полиции, вынуждена была с сестренкой уехать в Петербург. Удивилась и Катя, узнав, что этот скромный моложавый мужчина в рубашке-косоворотке с белыми пуговками, оживленно разговаривавший и весело смеявшийся, оказался тем самым суровым опытным подпольщиком, за спиной которого многочисленные тюрьмы и ссылки и о котором так много рассказывала Словатинская. С того дня стали встречаться часто: то у Словатинской, то у Лорбергов, а то просто на улице.
С ноября Калинин снова поступил токарем на Путиловский завод. Параллельно его ввели в курс дел районной партийной организации. Избрали членом Нарвского районного комитета РСДРП и включили в боевой штаб района, в задачу которого входила практическая подготовка к вооруженному восстанию, создание и руководство боевыми дружинами.
События в стране развивались по нарастающей. Начавшаяся по постановлению большевистского Московского Совета забастовка в Москве перерастала в восстание. Древний город покрылся баррикадами. Петербург был готов восстать также. Фабрики и заводы забастовали. Атмосфера для восстания была самой подходящей. Все ждали, что скажет Петербургский Совет. Но в отличие от Московского Петербургский Совет был меньшевистским. Меньшевики дружно проваливали все предложения большевиков, направленные на развитие восстания.
Меж тем генерал-губернатор столицы Д. Ф. Трепов готовил к отправке в Москву Семеновский полк.
На очередном собрании Боевого центра Нарвского района, куда наряду с большевиками входили и эсеры, Калинин предложил взорвать железнодорожный мост, чтобы остановить движение на Николаевской дороге и не пустить составы с солдатами в Москву. Предложение обсудили, согласились с ним. Но где взять взрывчатку? Один из входивших в боевой центр эсеров заявил: «Динамит есть, и мост беремся взорвать сами, только понадобятся люди». В ночь на 12 декабря в небольшом доме на Петергофском шоссе, где жил Калинин, никто не спал: ждали представителя эсеров, который должен был принести динамит. Ждали до рассвета. Но представитель так и не пришел… Зато Семеновский полк проехал в Москву на подавление восставших.
После подавления восстания в Москве Калинина с завода, конечно, уволили как организатора забастовки. За ним была установлена усиленная круглосуточная слежка. Скрываясь от полиции, Калинин вновь временно выехал на родину, в деревню. В Петербург вернулся 6 февраля 1906 г. Дорога на Путиловский завод ему была закрыта. В поисках работы пришлось хитрить. Михаил пришел на Трубочный завод для беседы, обрядившись в короткий ватный пиджак, подстриженный по-деревенски — под скобку. Мужик, да и только! Представитель администрации изумился: это разве токарь? Но после долгих уговоров сделать пробу разрешил. А увидев выточенные Михаилом детали, без лишних слов отдал распоряжение: на работу зачислить.
