Скончалась Елизавета Александровна Суслова 4 сентября 1972 года. Похоронили её на Новодевичьем кладбище. После смерти Елизаветы Александровны в квартире на Большой Бронной, 19 вместе с Михаилом Сусловым осталась жить семья дочери Майи. А Револий со своей семьёй к тому времени обосновался уже в Кунцеве, в одном из новых домов, предназначавшихся для партработников среднего уровня – в основном для инструкторов и заведующих секторами ЦК.
Уже в «нулевые» годы бывший партаппаратчик Наиль Биккенин рассказывал: «Жил Р. Суслов в одном доме с рядовыми сотрудниками аппарата. Когда я спросил: «А почему не на улице Щусева, вместе с Чурбановым и Галиной Брежневой?», он ответил: «Мне это не нужно. К тому же оттуда раньше или позже придётся переезжать. Зачем лишние хлопоты?»[342]
Кроме квартиры на Большой Бронной, 19 Суслов как член Политбюро имел служебную дачу, на которой и проводил большую часть свободного времени. Там же жили и семьи его детей.
Некоторые сотрудники аппарата ЦК в своих мемуарах утверждали, что подмосковная дача Суслова отличалась роскошью. На этом настаивал, в частности, Владимир Байков, работавший в 1950–1960‐х годах в одном из отделов ЦК референтом по Венгрии. Но он перепутал две дачи. Байков в 1956 году приезжал в качестве сопровождавшего венгерскую делегацию к Суслову в Заречье, где находилась дача не для отдыха членов высшего советского руководства, а для приёмов в неформальной обстановке важных иностранных гостей. Для личного же пользования Управление делами ЦК КПСС в разное время выделяло Суслову совсем друое. «Весной 1953 года секретарю ЦК КПСС Михаилу Суслову, – сообщил 25 марта 2020 года интернет-портал Cottage.ru, – была передана государственная дача «Заречье-1» – двухэтажное каркасное здание на ленточном фундаменте с выполненным ремонтом. К главному дому примыкали кирпичное овощехранилище и гараж, совмещённый с бильярдной. Участок площадью 7 га был обнесён по периметру глухим деревянным забором высотой 2,8 м. Зелёные насаждения включали 400 елей, 40 плодовых деревьев, 30 клёнов и несколько сотен кустов смородины и малины. Балансовая стоимость дачи оценивалась в 827,7 тысячи рублей (средняя зарплата по стране равнялась 719 рублям)».
В конце же 50‐х годов Суслов переселился на госдачу «Сосновка-1» – это в конце Рублёвского шоссе близ Троице-Лыкова. «Это была обычная дача, – рассказывала в 2005 году корреспонденту «Комсомольской правды» Александру Гамову сноха Суслова – бывший главный редактор журнала «Советское фото» Ольга Суслова, – скромное двухэтажное здание. И не один Михаил Андреевич там жил. Он занимал только два помещения на втором этаже: кабинет и спальню. На этом же этаже жила его дочь с мужем. А мы с мужем – на первом. Там же были бильярдная, столовая, кухня и две ванные»[343].
Ольга Суслова уточнила, что никакого лифта на даче не было. На второй этаж вела деревянная лестница. Правда, масштабы дачи она несколько приуменьшила. Начнём с того, что она располагалась на огромной территории. Весь участок занимал 11,5 гектара и имел спуск к Москве-реке и пляж.
Главный дом площадью почти две тысячи квадратных метров был построен ещё в 1934 году, но потом несколько раз переделывался. Помимо двухэтажного корпуса, на территории дачи имелось ещё семь различных построек, в том числе небольшие здания для коменданта, охраны и обслуживающего персонала.
Суслов эту дачу очень любил и переезжал туда каждое лето. Почти каждые выходные проводил он на даче и зимой. Нередко во время прогулок по участку его сопровождал зять. Он рассказывал в своей мемуарной книге: «Гуляя по участку, <тесть> собирал упавшие с деревьев ветки, складывал в кучки. Дорожка была не широкая, я шёл чуть сзади. В последние годы, чувствуется, уставал (по периметру – как раз километр). Вдруг останавливался отдохнуть, стоял, прислонившись к какому-нибудь дереву».
Кстати, о деревьях. Желая сделать приятное тестю, Сумароков однажды договорился со своим знакомым, и ему выделили в каком-то питомнике саженцы канадского кедра и лиственницы. И оба они потом очень хорошо прижились на даче.
Во время прогулок по дачному участку Суслов, как вспоминал его зять, любил заходить и надолго оставаться в маленькой, стоявшей среди сосен застеклённой беседке.
Почти сразу после смерти Суслова всю его родню попросили из «Сосновки-1» съехать. Эту дачу вскоре передали другому члену Политбюро – Григорию Романову.
