Однажды, гуляя по городу, Саша споткнулась и слегка вывихнула ногу. Не задумываясь, Валентин схватил её на руки и понёс к машине. Он поймал себя на мысли, что шёл бы так и шёл бесконечно. Она была совсем рядом и трепетно прижималась к нему всем телом, в котором скоро зародится жизнь, отдельно от всех их разногласий. Валя бережно опустил Сашу на землю и помог сесть в машину, превозмогая желание обнять её по-настоящему, как он делал это раньше.
Через месяц всё свершилось, Александре сделали подсадку, и чудесным образом всё получилось с первого раза, хотя врачи предупреждали, что может понадобиться и год, а может, и больше, они не волшебники. Сашка по несколько раз в день делала тест на беременность с какой-то упрямой убеждённостью.
– Хватит уже скупать все тесты в аптеке! Доктор же сказал: не раньше чем через десять дней!
Она была очень трогательна в своём ожидании и упорстве. На десятый день с диким топотом влетела в гостиную, протягивая Вальке тест.
– Валь, ну посмотри! Это что, правда? Мне не показалась? Я ещё раз проверю, да?.. – на ходу крикнула Александра.
Валя не мог поверить: он станет отцом! Не выдержал и побежал вслед за Сашкой, на ходу сгрёб её в охапку, потом отпустил, отвернулся, руки повисли, как плети, он был бессилен, не мог перебороть себя.
В клинике сообщили: будет двойня, пол пока определить сложно, теперь надо ждать. Первые три месяца обычно критические, но они сделают всё, что могут и умеют. Валентин тонул в счастье, панически боялся сглазить удачу, решил ничего не планировать, просто жить надеждой. Но находиться рядом с Сашей становилось труднее. Он ничего не понимал, боролся с собой, пытался простить, уговаривал себя – ничего не получалось, и он просто уехал, а вернее, сбежал.
Она не просила остаться, молча приняла его решение, знала – справится.
Валя совсем запутался. Он бросил Сашку в чужой стране, в положении – это тяготило. Оставаться рядом было невозможно: надоело метаться между любовью и отвращением, приходилось отключать память, а если что-то вдруг всплывало в его воспалённом мозгу, хотелось под воду, хоть головой в раковину, и смывать, смывать всю эту грязь!
Сашиных родителей в Америку отправить не удалось. Серго прямо и откровенно рассказал в американском консульстве, что едут к дочери, выложил все обстоятельства и получил отказ, так как, скорее всего, захочет остаться в Америке, тем более дочь уже там и беременна. Серго сразу возненавидел Америку и всё, что с ней связано.
Странным образом Валентину показалось, что вдали от Александры ему спокойнее. Он создал ей все условия – в доме прислуга, водитель, постоянно был на связи с врачом. Звонил редко, она ему не звонила никогда, это злило и раздражало: «Да пошла она! Ещё и жертву из себя изображает!»
Работой загрузился по самое не могу. Он удивлялся, откуда что взялось, – оказывается, мог быть резким, научился говорить «нет» и не страдать надуманной добротой и пониманием. В офисе все ходили, как испуганные мыши, но порядок он навёл: «Боятся – значит уважают!»
Перемены, происходящие с ним, Валентин связывал лишь с возросшей ответственностью перед Семёном и его сыновьями, а не с отношениями с Сашей. Во всём, что случилось, винил только Александру, друга не понимал, сам бы никогда на такое не пошёл: «Значит, дала повод! Господи, когда я перестану всё это перетирать в своей башке?!»
Он работал до позднего вечера – встречи, командировки, переговоры. Иногда мучило одиночество, хотел вызвонить Светку, поболтать – забавная, но руки не доходили. Они частенько созванивались, и Валентин всё знал о её новой жизни. Сняла квартиру, а не ютилась больше с подельницами в коммуналке на окраине, окончила курсы маникюра и пристроилась работать в приличном месте, встречалась с симпатичным студентом, и вроде у них всё серьёзно. Однажды увиделись в кафе – Валя не узнал Свету, совсем другим человеком стала за такой короткий срок.