На следующий день они ужинали в «Академии» на Васильевском. Валентин не думал о Сашке, решил быть галантным и по дороге в ресторан заехал в цветочную лавку. Страшно захотелось сделать какой-нибудь безрассудный поступок, поразить Ольгу. Он остановился у ювелирного – видел в кино, как эффектно ввалиться в ресторан с коробочкой от
С ней было легко и непринуждённо, она умела слушать. «Редкое качество», – отметил Валентин.
Он чувствовал себя настоящим мужиком. Эффектная, в чёрной узкой юбке чуть ниже колена и в свитере такого же цвета, она сидела напротив него без тени стеснения и скованности, понимая: Валентин явно получает удовольствие от её присутствия. За ужином беседовали на отвлечённые темы и задавали друг другу ничего не значащие вопросы. Когда принесли десерт, он извинился и вышел – подарок оставался в машине.
Ольга долго разглядывала красную коробочку, потом молча открыла и впервые растерялась. «Она что, плакать будет или швырнёт в морду? – Вале стало смешно. – Подари такой браслет любой, кого знавал раньше, визг стоял бы на весь ресторан! Ну не мог же не понравиться?!»
– Оль, это просто знак внимания, не более! Я что, зря это сделал?
– Да нет, Валентин, это очень мило с вашей стороны! И что, я теперь должна, по крайней мере, на эшафот взойти с вами за такой знак внимания?
– Может, хватит дурачиться? Пора переходить на «ты».
Подарок шокировал её, браслет был очень дорогим, она знала толк в ювелирке. «Почему меня должно что-то смущать? Богатый самодур решил себя порадовать, ну и меня заодно! Надеюсь, он не рассчитывает на продолжение банкета?!»
Валентин ей нравился, она чувствовала его силу и неискушённость одновременно. Они прощались минут пятнадцать, понимая, что хотят остаться вдвоём.
– Ладно, беги!.. Береги себя… Позвоню завтра… Ты не против?..
– Нет, конечно! Браслет надо отрабатывать! Сходим в Эрмитаж?
Валя сел в машину. На душе было спокойно, совесть не беспокоила. «Надо позвонить Александре… Завтра… Не хочу сейчас!..»
Он так и не понял, как ему удалось хоть на время вычеркнуть Сашу из своей жизни. В душе царила пустота: ни любви, ни ненависти – штиль…
«Может, это просто жажда мести и их встреча с Ольгой не имеет никакого значения? Почему тогда она привлекла его внимание? Приятная женщина, умная, не лишена обаяния… Почему бы нет? Я не испытываю никаких обязательств перед Александрой, кроме ответственности за её достойное содержание. Мне нужна разрядка, толчок, и я не собираюсь отказываться от этой связи. Она меня никак не порочит в собственных глазах. А это самое главное! Что касается моей жены, ей, думаю, глубоко плевать, что со мной происходит. Она давно вычеркнула меня из своей жизни, вернее, из сердца, если я вообще там когда-то присутствовал!» Опять неутолимая злоба накрыла тенью, и Валентин непроизвольно сильно сжал зубы. У него не так давно появилась это дурная привычка, сжимал зубы даже по ночам, отчего потом полдня невыносимо болела челюсть. К врачу не шёл – нервы, само пройдёт, когда всё уляжется.
Александре нравилось одиночество, день был монотонно однообразен, но она не замечала этого. Жизнь приобрела загадочный смысл, и она бережно вынашивала внутри себя своё спасение. Часто просыпалась ночью, медленно с тревогой подходила к окну и всматривалась в густое, бездонное небо, пытаясь вспомнить тот страшный сон, который с каждым днём таял, теряясь в её сознании. Образ Семёна становился почти прозрачным, она гнала его из своей памяти – так было легче.
Валентин звонил редко, да и говорить было не о чем, она чувствовала его отчуждение и порой полное равнодушие. Врач рекомендовал вести обычный образ жизни, всё идёт своим чередом.
– Вам пока сложно осознать своё положение, но пройдёт пара месяцев, вы почувствуете первое шевеление малышей, и жизнь приобретёт иной смысл, придёт полное понимание происходящего, поверьте мне! Ходите в театры, музеи, займитесь чем-нибудь… Я понимаю, вы совсем здесь одна… Почему бы не завести друзей?