- Главное, областные власти за тебя, - угадал его мысли Муслин. Тяжело пригляделся. - И потом - отрапортовано уже. За нас обоих отрапортовал... Да чего ты потух? Он же весь обложен. Даешь отмашку, и я организую нужное заключение. А Мороза своего поприжмешь. Так что?
- Темное это дело.
- Так наше руководящее дело - оно изначально темное, - обрадовался Муслин. - Без изворотливости нельзя. И то, что не торопишься согласиться, одобряю.
Он замолчал, вслушиваясь в нарастающий шум.
... По тому, как ворвался в кабинет Мороз, оставив дверь за собой распахнутой, стало понятно, что опять произошло нечто чрезвычайное. Андрей, а вместе с ним и Муслин, уставились на дверной проем, гадая, кого именно доставил непредсказуемый оперативник. Но никого не оказалось, кроме разве втершегося следом Галкина - непривычно спавшего с лица и почему-то вымокшего.
Тальвинский вопросительно перевел взгляд на усевшегося без спроса заместителя начальника розыска, кивком предложил садиться и Галкину.
Тот начал было опускаться на краешек ближайшего стула. Но скосился на Мороза и суетливо поднялся. - В чем дело? - нахмурился Тальвинский. - Что у вас происходит?! Ворвались к начальнику пантомиму разыгрывать?!
Не отвечая, Мороз с хрустом вскрыл вечную свою спортивную сумку, выудил несколько листов, протянул шефу:
- Читай. Только сел бы сперва.
Тальвинский нахмурился: никогда прежде не позволял себе Мороз при сотрудниках, а тем паче при руководителе областного аппарата вести себя столь бесцеремонно.
С демонстративным неудовольствием приподнял лист, приглашая подошедшего сзади Муслина читать вместе с собой, и - медленно принялся оседать. Несколько раз отрывался от чтения, чтобы спросить о чем-то Галкина. Но тот, подрагивавший у стены, уводил глаза к полу, и Андрей молча возвращался к чтению. Наконец, отложил. Обернулся на Муслина, читавшего тот же текст из-за его плеча.
- Он перед тем как домой ехать, литр водки раздавил. Но я решил пока не записывать официально - и без того отдел в дерьме будет, - буркнул Мороз.
- Это можете не сомневаться, - зловеще пообещал побледневший Муслин, что-то быстро про себя просчитывая. - Велосипед нашел? - уточнил Тальвинский.
- А как же! Даже фрагменты автокраски сохранились. Этот водолаз у меня сам за ним и нырял.
- Кто еще, кроме вас, - задумчиво поинтересовался Муслин, - знает об этой...версии?
- О чем?! Какая, хрен, версия? Вы чего, полковник? Читать разучились?!
- Мороз, охолони! - перебил Тальвинский. - Тебя спрашивают, кто еще знает, что женщину с ребенком сбил наш сотрудник?
- Вот теперь вопрос понятен. Отвечаю коротко и по существу. Все! Во-первых, все Знаменское. Я ведь изъятия, как положено, при понятых оформил. А они местные. Так что там теперь только об этом и разговору. Во-вторых, со мной Лешка Муравей ездил. - Стало быть, в отделе тоже известно, - расшифровал Муслин. В бытность свою замполитом он частенько использовал словоохотливого Лешку для распространения нужной информации, сообщая ее Муравьеву под видом большого секрета.
- Так как же это, Галкин? - Тальвинский все приглядывался к потряхивающемуся в ознобе еще недавно самоуверенному, горластому парню. - Мало - авария. Но ты ведь... И суетился больше всех. Объяснись хотя бы.
- Да что на него время терять? Мразь! Всех опозорил! - яростно бросил Муслин, обрывая тем всякие связи преступника с бывшим его ведомством. Гнев заместителя начальника УВД был искренен: невозможность теперь посадить Меденникова неизбежно усиливала степень Галкинской вины. - Немедленно инспекцию по личному составу подключим. В прокуратуру сообщим. Сегодня же уволим, арестуем и - в клетку, как обезьяну. Людям на обозрение. Совсем сгнил отдел! Вот что, Андрей Иванович, пусть выйдут. Мне придется начальнику УВД доложить. - Понятно. Буграм необходимо пошептаться...Пошли, убивец, - Мороз, подталкивая перед собой съежившегося Галкина, вышел.
- Совсем он у тебя невменяемый, - провожая взглядом Мороза, сокрушенно произнес накручивающий телефонный диск Муслин. - Ни заслуг, ни званий не почитает. Правильно за глаза бешеным зовут. Как хочешь, Андрей Иванович, хоть ты его и покрываешь, добром, помяни, не кончит. Как был в душе бандит, так и остался.
- Мороз - отличный розыскник. И за дело болеет не меньше нас с тобой...Хотя бывает угловат, - под испытующим взглядом Муслина Тальвинский свернул хвалебную оду.
- Ну, гляди. Волка приручить нельзя. Лизнет - лизнет, да и - тяпнет. М-да! Вот ведь какой поворот неприятный. Муслин подобрался:
- Товарищ генерал. Нахожусь в Красногвардейском райотделе. Здесь серьезнейшее ЧП по личному составу. Установлено, что аварию под Знаменским, в которой подозревался предприниматель Меденников, оказывается, совершил сотрудник отдела...Так точно.
- Как фамилия? - загородив трубку, он поторапливающе задвигал ладонью.
- Галкин Александр Игнатьевич.
- Галкин Александр Игнатьевич, товарищ генерал. Начальник группы уч...Так! Да, понял. Не беспокойтесь. Есть! Везу к вам.
Оторопело положил трубку:
