И, готовый еще недавно потрясти друга пережитым, Виталий вместо этого закатил глаза, пошевелил губами, что-то подсчитывая, и даже начал загибать пальцы. Но, будто бы сбившись, ответил с кокетливой неопределенностью:
- Многих!
26.
К концу августа на квартиру Мороза заявился дежурный по городу, сообщивший, что подполковник Тальвинский приглашается в горисполком и машина ждет его у подъезда. Должно быть, "проколовшаяся" вместе с Кравцом Панина опамятовалась и решилась срочно провести рокировку в своей команде, - о громком демарше Тальвинского ей без сомнения донесли тогда же.
- Ждите внизу!
Андрей неспешно побрился, принял душ, сварил и выпил чашечку кофе, надел наспех отутюженный костюм. Спустился, определив по часам, что прошло сорок минут, - посланец, поджидая его, безропотно стоял возле дверцы.
В кабинет председателя горисполкома он вошел с приготовленной легкой насмешливостью на лице.
Панина в самом деле была в кабинете, но сидела не на своем месте, а за столом для совещаний, почему-то рядом с Муслиным. Напротив них, спиной к двери, сидел еще кто-то, смутно Андрею знакомый.
Прервав оживленный разговор, Панина и Муслин при виде Андрея радушно закивали.
- А вот и наш герой! - объявила Маргарита Ильинична.
Человек напротив крутнулся, поднимаясь, и - Тальвинский остолбенел: это был Меденников.
Растекшись от радости, Меденников подбежал к нему и, как при последней встрече, дотянувшись, водрузил ладошку на плечо, с выражением одновременно восхищенным и покровительственным.
- Ну, проходи, проходи, Андрей Иванович. Милости, так сказать, прошу к нашему, будем говорить, шалашу, - и повлек слегка упирающегося Тальвинского к поднявшимся Паниной и Муслину.
- Так у вас теперь общий шалаш? - Андрей здоровался, пытаясь сообразить, что же могло свести трех этих людей в одном месте.
- Чужих здесь нет, - Меденников опустился в кресло, усадив Тальвинского рядом с собой, и сделал разрешающий жест в сторону остальных.
- Все знаю, - веско произнес он. Удивительно все-таки получалось у этого мальчишки быть отечески снисходительным к людям, много его старше. - Телеграмму твою получили своевременно и - довели до Бориса Николаевича, - он выдержал намекающую паузу. - Так вот уполномочен передать, будем говорить, слова, ну и прочее, - надежные люди теперь в особой цене. Валерий Никанорович мне, к слову, в общих чертах обрисовал, какому риску ты подвергался. Это еще счастье твое, что оказались у тебя сочувствующие нашему делу друзья, - он похлопал по руке зарумянившегося Муслина. - А то пришлось бы вслед за мной камеру осваивать! То-то было бы коловращение! Да! Важно, очень важно вовремя решиться на серьезный, судьбоносный поступок! Ведь мало кто знает, а каких-то десять дней назад демократия висела на ниточке: десантная группа ГКЧП всерьез на штурм нацелилась.
- Неужто не отбились бы? - не поверил Муслин.
- Кто?!.. Не смешите меня. Паренек какой-то спас. Примкнул, организовал отрядец самообороны. Очень, говорят, резкий парнишка. А когда насчет предстоящего штурма сведения подтвердились, прямо туда в логово врага и припустил. Как уж он их там разагитировал, врать не буду, - никто с ним не пошел, побоялись. Но - не случилось штурма. А дальше удача уж лавиной посыпалась. Так-то бывает! А ведь на рожон лез.
- Не слышал, - Муслин восхитился. - Вот кого к Герою бы представить! Рисковал-то всерьез.
- Представили бы. Если б нашли. Да только смылся через день. А в суматохе никто его толком и не зафиксировал. Ну, сам виноват: проклюкал собственную удачу!
Меденников засмеялся. Заметил, что шутка не показалась, разом посерьезнел:
- Но к делу! Здесь я по поручению Президента России. Пришло время ставить команды на местах, работать над властной вертикалью. Тем более что многие не выдержали, будем прямо говорить, проверки на приверженность демократическим ценностям.
Андрей пытался понять, почему ему кажется, что все это он уже слышал. И - догадался - Меденников старательно воспроизводил интонации Ельцина - пусть и в другой тональности. Мальчишка и впрямь чрезвычайно переимчив, - далеко пойдет.
В свою очередь и остальные заметили муку непонимания на лице самого Тальвинского.
- Что ты все зыркаешь? - приметила наблюдательная Панина. - Небось, ожидал меня в другом месте увидеть?
- Да, да, в самом деле, ты ж не в курсе, - спохватился Меденников. - Госпожа Панина - один из первых руководителей регионов, решившихся на открытую поддержку российских властей. Между прочим, менее чем через сутки после тебя. Ну, и по всем основным позициям договорились: Маргарита Ильинична добровольно отказывается от претензий от кресла, будем говорить, мэра...
- Так ты..вы все-таки решился баллотироваться? - запутался в местоимениях Тальвинский.
