- Ну, если сокамерники!
- Представьте себе. Говорят, даже на прогулке начинал бормотать: "Все золото находят. А мне одни черепки достаются". Ночью едва не задушил одного из сокамерников. Требовал вернуть какие-то векселя. Если бы не подоспели контролеры!..
- Да, это серьезно. Надо же как скрутило: и эпилепсия, и шизофрения разом. Трудный случай.
- К тому же я счел необходимым провести экспертизу на наличие хронического алкоголизма.
- Чего?!
- Да! Для полноты следствия. Статья 20 УПК нас обязывает...
- То есть для полноты?! - пальцы Мороза непроизвольно сжали руку Препанова, отчего тот болезненно поморщился. - Положим, мужика проверить на хронику ради чистоты эксперимента даже интересно. Но только для этого точно не надо из тюрьмы выпроваживать. Скажи, друг Препанов, ты как, выпиваешь?
- Простите, мне больно...По праздникам.
- А как насчет на другой день продолжить?
- Если только гости.
- То есть факт похмелья установлен, - констатировал Мороз. - А теперь представь, что я это записал в протоколе твоего допроса и передал экспертам с вопросом: "Не страдает ли следователь Препанов хроническим алкоголизмом"? Догадайся с трех раз, какое будет заключение?
- Но это некорректная постановка вопроса. Требуется изучить всю совокупность. - Да я тебе без всякой совокупности скажу: тебя, Препанов, как пьющего и похмеляющегося, непременно признают хроническим алкоголиком, остро нуждающимся в лечении. И вот, чтоб это выяснить, ты, вместо того, чтоб работать с арестованным, подозреваемым в организации группового убийства, финтюлишь его на месяц в психбольницу, из которой немощный эпилептик Добрыня благополучно сбегает, положив рядком трех медбратьев. Надо полагать, безнадежных дистрофиков. А почему ты его не направил куда-нибудь в желудочный санаторий? Или, вот еще свежая мысль, - в гинекологию на предмет обнаружения бешенства матки? В уме ли ты, Препанов?
- Повторяю, мне больно, - Препанов освободил предплечье, тоскливо оглядел пустой коридор в надежде на избавление. - И вообще, я вынужден протестовать против подобного тона. Я не обязан отчитываться... Наконец, я постоянно докладывал по делу руководству и получил соответствующие рекомендации.
- Уже теплее! То есть не самостийно?!
- Безусловно. В отличие от вас, я никогда не забываю, что мы солдаты правопорядка, а без дисциплины побороть преступность невозможно.
- Понятны ваши огорчения. И кто же дал такое указание?
- Товарищ Препанов! - из приемной выглянуло негодующее лицо Ангелины Степановны. - Да что же это вы в самом деле? Давно все собрались. Вас генерал вынужден ждать! Может, это в прокуратуре принято...
- Так мне сказали... - Препанов, с кроткой укоризной глянув на обманщика, шагнул было дальше.
- Так кто?! - удержал его Мороз.
- Тот, кто уполномочен! Да пустите же! Вы что, намерены мне руку вовсе отвинтить? Я работаю в контакте с РУБОПом, если хотите знать. Вопрос также согласовывался с руководством УВД. - С Тальвинским?!
- Ну, знаете, вас заносит. У генерала и без нас дел хватает. А вот с его первым заместителем я согласовал...
Обескураженный Мороз отпустил захват, и следователь Препанов, обиженно шмыгнув, проворно исчез в приемной. Через секунду вновь выглянул:
- С прискорбием вынужден отметить, что вели вы себя не по-товарищески.
И вновь пропал, на этот раз окончательно.
- Что думаете насчет побега, Виталий Николаевич? - пропустив Препанова, Ангелина Степановна, с тревогой следившая за Морозом, задержалась.
- Да много чего думаю, Ангелина Степановна. А вот чего в толк не возьму: кому понадобился Добрыня на свободе?
10.
"Жигулевский" доходяга - аккумулятор отказался "схватывать", едва стрелка термометра перевалила за минус пять. Так что Мороз, еще недавно гордый и неприступный автовладелец, вновь остался безлошадным.
По вечернему, продуваемому дубленым северным ветром городу особенно не нагуляешься. Разве только если передвигаться перебежками. И перебежки эти должны быть стимулирующими.
Именно таким способом и надумал добраться до дому Мороз, тем паче, что рюмочных, кафе и закусочных на маршруте "УВД - квартира" было предостаточно.
Правда, с отправной точкой - шашлычная "У Зиночки" - вышел облом. Дверь темного безжизненного помещения была опечатана налоговой инспекцией N 3. Зиночка оказался провидцем, - методов воздействия на неплательщиков у Будяка, как выяснилось, хватало.
Зато в следующей на маршруте точке Мороз принял сразу полуторную - сто пятьдесят - порцию, которую больше не снижал на последующих перевалочных пунктах. Так что к собственному подъезду он добрался, груженный шестьюстами граммами хорошей кристалловской водки. Может, потому и не обратил внимания на горящий в его окне свет.
Лишь добравшись до квартиры и достав ключи, почувствовал неладное: на коврике у входной двери он разглядел потеки.
