– Готово!.. Как топор!
Тут же раздался голос из динамика:
– Товарищи бойцы! Объявляется общее построение.
– Бегом к себе! – приказал Милюль Барсуков.
«К себе» Милюль не хотелось. Очень не хотелось. Поэтому вопреки ожиданиям Барсукова, она остановилась перед дверцей и спросила:
– А кто такой Мартын?
– Мартын заведует концом света – неопределённо ответил Барсуков и подтолкнул Милюль в спину – беги, давай, а то все огребём по полной!
По палубе в направлении орудийной башни уже неслась, опережая выбегающих к построению матросов, сердитая тётя Лена. Сердитая – не то слово. Вся её рожа была искажена гневом, волосы растрёпаны, а кожаный матросский ремень в правой руке говорил о самых недобрых намерениях. Милюль сообразила, что бежать надо быстро и совсем не туда, куда посылал её Барсуков. Если бы они были на суше, то бежать надо было бы до самого горизонта. Но на катере далеко не убежишь, поэтому следовало бежать в два раза быстрее. Она рванула вбок и помчалась вокруг башни, чувствуя за спиной топот неминуемой расправы.
Обогнув башню, Милюль устремилась мимо наполовину построенной шеренги матросов, в сторону кормы. Лена пронеслась следом.
– Однако!.. – неопределённо заметил старпом Круглов, глядя им вслед.
Экипаж продолжал стремительно строиться в шеренгу. Построился. Появился командир и обратился к морякам:
– Товарищи матросы революционного балтийского флота! От лица командования поздравляю экипаж бронекатера с успешно выполненным учебным заданием и объявляю благодарность!
– Ура! – отозвался экипаж.
– Особая благодарность артиллеристам Чагину и Барсукову за прицельный огонь из нового скорострельного орудия. Семнадцать точных попаданий в цель. Молодцы!
Оба матроса синхронно гаркнули: «Служу трудовому народу!», когда Милюль, а за нею и жена капитана выскочили из-за надстройки, проскакали вдоль противоположного от шеренги борта в направлении носа катера и скрылись за орудийной башней. Капитан стоял к ним спиной и не видел женской погони, но моряки-то видели. Все. По шеренге пробежал тихий ропот.
– В чём дело? – спросил капитан.
– Товарищ командир, разрешите доложить? – выступил вперёд старпом Круглов.
– Докладывайте.
– С восемнадцатого года не видал подобного бардака – доложил старпом и встал в строй.
Хоть доклад старпома и был краток, но капитану неплохо было бы представить очевидные факты упомянутого бардака. Для ясности. Капитан хотел уже высказать эту истину, как стало понятно: потому и встал старпом в строй, что факты появились сами. Да так появились, что не встань старпом в строй, они бы в него врезались.
Поскольку старпом освободил дорогу, Милюль вихрем промчалась мимо шеренги революционных матросов. Капитанова жена неслась за нею. Так бы и она пробежала мимо. Кто знает, сколько кругов по катеру нарезали бы две гражданки, если бы вместо настоящего командира был какой-нибудь там неизвестно кто? Настоящий командир должен уметь моментально ориентироваться в любой ситуации. Капитан сориентировался и громко гаркнул:
– Стоять!
Жена встала как вкопанная между ним и строем. Осознав нелепость своего положения, женщина начала было конфузиться, но капитан и тут повёл себя орлом. Обращаясь лично к ней, он по-военному чётко скомандовал:
– Елена Громова, напра-во! В каюту шагом марш!
Испытывая противоречивую гамму чувств, тётя Лена промаршировала с палубы. Капитан обратился к матросам:
– Ну что ж, товарищи, прошу извинить меня за неуставные безобразия на катере. Обещаю больше такого не повторять, а теперь берём курс на Ленинград. Всем разойтись и приступить к несению службы.
Шеренга распалась. Экипаж разошёлся по местам, а капитан, перекинувшись парой слов со старпомом, отправился на корму. Там, у торпедных установок, он нашёл Милюль. Она сидела на канатной бухте и задумчиво смотрела на расходящиеся за кормой серые буруны. Он хотел, было обратиться к ней строго, сообщить, что беготнёй по палубе и даже самим присутствием на катере, она роняет его авторитет, нарушает все договорённости, достигнутые в переговорах перед плаванием. На самом деле капитан лишь вздохнул и сел на бухту рядом. Так они и сидели некоторое время.
– Очень кушать хочется – прервала молчание Милюль.
Капитан не сильно удивился и отвёл её на камбуз. Матрос, исполнявший обязанности кока, пообещал накормить девочку. Сам же капитан прошёл в каюту, где сидели его жена и сын.
– Ну что, юнга – спросил он Павлика – не хочешь ли ты посмотреть на капитанский мостик?
– Конечно, хочу – ответил мальчик – Надька вон все учения видала!
– Тогда отправляйся наверх и скажи старпому Круглову, мол я тебя прислал к нему на выучку.
Павлик воробьём выпорхнул из каюты. Капитан сел рядом с женой, погладил её по колену:
– Не сильно я тебя оконфузил? – спросил он.
– Наоборот – возразила жена – я сама порядочная дура. Угораздило же меня гоняться за ней! Спасибо тебе.
– Ты собиралась со мной поговорить. Про Надежду?
