Она не ошиблась. Костюм сидел совсем не плохо. Лишь рукава оказались чуть-чуть коротковаты. С остальным проблем не было.
Сергей подошёл к зеркалу, вгляделся в незнакомого молодого парня и криво усмехнулся.
Жених!
х х х
Сергей залез в вагон, отыскал местечко у окна, привалился боком к облицовке и закрыл глаза, перебирая в памяти прошедшие сутки.
Вот они в ресторане.
Красиво, ничего не скажешь. И людей полно. Кто такие? Откуда у них деньги?
Вот две юные длинноногие принцессы с кукольными личиками. Они целомудренно хлопают мохнатыми ресницами под сытый хохот мордатых дядек, которые годятся им в деды.
Вот заплывшая жиром матрона предпенсионного возраста, похотливо поглаживает под столиком острые коленки изящного мальчика, невинно кушающего овощной салатик.
Вот разрекламированная поп- дива под грохот там-тама извивается в непристойном танце. Она потратила ткани на свой прикид меньше, чем африканка из забытого богом и людьми племени.
Вот …
– Не забивайте голову.
Дина Александровна легко коснулась руки Сергея.
Какая у неё ласковая, нежная ладонь. Впервые за время знакомства Сергей внимательно вгляделся в спутницу.
Длинные тёмные волосы. Большие серые глаза. Золотистая кожа. Наверное, недавно отдыхала на юге. На Канарах или Багамах. Где отдыхают богатые люди? Но красавицей назвать её нельзя. Ухоженная, уверенная в себе женщина. Будь она чуть полнее…
– Находите меня излишне тощей?
Сергей вздрогнул. Как она угадала его мысли? Телепатка, что ли?
– Не пугайтесь. Вы с таким осуждением смотрели на меня и на мою тарелку со шпинатом, что не догадаться, о чём вы думаете способен лишь крутой дебил.
Дина Александровна вздохнула.
– А я-то думала, что у меня идеальная фигура. Так старалась. Столько сил положила. На аэробику ходила, шейпингом занималась. Выходит, напрасно?
– Нет. Что вы,– смешался Сергей.
– Или вам нравятся полненькие? Пухленькие. Так вы называете их?
Сергей потупился под откровенно ироничным взглядом собеседницы. Чего она добивается?
– Знаете что,– Дина Александровна положила неожиданно горячую ладонь на руку Сергея,– давайте отправимся домой, и я постараюсь доказать, что тощие женщины тоже кое на что способны…
Сергей тряхнул головой и посмотрел в окно.
Клин. Ещё целый час пилить. Надо как можно скорее забыть, забыть всё, что было у него с Диной. Диной Александровной.
Иначе как он будет смотреть Лариске в глаза?
Сергей нащупал в кармане конверт с деньгами. Толстый.
А колёса стучали и стучали. Размеренно и монотонно.
х х х
Дина взлохматила красивую – и дорогую!– Серёжину причёску, ласково царапнула ноготком по щеке.
– Серёженька,– она замерла, набрала в грудь воздуха,– скажи честно: ты очень ненавидишь меня?
Сергей осторожно снял с лица Динину руку и, сжимая в ладони тонкие пальцы, удивлённо посмотрел на неё.
– Чего ты выдумываешь?
Дина перевернулась на спину. Повозилась, устраиваясь поудобнее.
– Ты добрый, ласковый, нежный; мне очень хорошо с тобой. Очень. Но… меня гложет и гложет скверная мысль, что в душе ты ненавидишь или, даже ещё хуже, презираешь меня. Ведь ты не можешь, не можешь не презирать наглую, навязчивую бабу, которая годится тебе в матери. Которая три года заставляет ездить к себе, отрывая от молодой красивой жены, детей; сюсюкает, пристаёт с назойливыми ласками…
Дина внезапно замолчала и угрюмо уставилась в потолок.
Сергей досадливо сморщился.
– Что ты мелешь?
– Если б ты знал, – Дина повернула лицо к Сергею, – как мне больно. – Порывисто уткнулась в его грудь. – Как я жду тебя. – Всхлипнула. – Сегодня ты опоздал на целых сорок пять минут.
– Я ж говорил, – Сергей ласково гладил худенькие, вздрагивающие плечи, – электричка почти час простояла возле Клина.
