Остановились они перед ратушей – Настя все переводила на понятные ей термины, хотя, конечно, называлось это здание по-другому. Двухэтажное, с невысоким шпилем, зато кирпичное и с широкими крыльями, с которых все еще горел свет, и в окнах было видно, как бегают люди.
– Что-то случилось, – обеспокоенно сказал гонец.
На крыльцо ратуши выскочил мужчина в распахнутом кафтане и, увидев фургон, начал кричать, чтобы Слав немедля убирал “свою таратайку”.
– Я привез знахарку, – веско сказал старейшина, который наверняка на своем веку повидал немало разных крикунов. – Но если она вам не нужна…
Крикун сразу замолк, подышал немного открытым ртом и сказал:
– Сюда, скорее! Мы не знаем, что делать!
Слав не позволил себя торопить. Он помог Насте спрыгнуть с фургона, а потом сказал:
– Сначала отдайте распоряжение разместить мою семью, приготовьте для моей дочери купальню и расскажите, зачем вам понадобилась ее помощь. Просто так кидать ребенка в клетку к больному коту я не буду.
– Почему… – поперхнулся незнакомец, – почему вы решили, что кот болен?
– Потому что гонец догонял нас в спокойном темпе, а вы едва одеты, и на штанах у вас кровь оборотня. Полагаю, кто-то из важных котов угодил в переделку, потерял много крови и не может обернуться из-за ран? Тогда спешки нет, ему сначала нужно дать много парного мяса, чтобы восстановить силы.
– Пожалуй, вы правы. Я сейчас распоряжусь!
Оборотень убежал в здание, а Слав посмотрел на Настю:
– Ты поняла?
– Не очень, объясни, – попросила девушка.
– Иногда, если оборотень серьезно ранен, власть забирает кот. У наших половин лучше регенерация, особенно в молодости. Однако человеческая часть может так испугаться боли и крови, что не желает возвращаться. Если протянуть время, можно остаться зверем навсегда.
– Серьезно ранен? Насколько?
– Когда потеряно больше трети крови, есть тяжелые раны живота или потеряна конечность, – перечислил Слав. – Такие животные уязвимы и опасны. Раненый зверь до конца бьется за свою жизнь.
Настя поежилась. Взрослый оборотень – это не подросток. Она и некоторых подростков боялась. Ей уже и тигренка привозили, и юную львицу.
– Не знаю, есть ли тут клетка, и услышал ли меня этот чиновник, но я тебя прошу – не торопись идти туда. Гонец упомянул инспектора… Эти оборотни могут быть очень жестокими и устроить для тебя суровое испытание!
Настя сжалась, жалея, что не взяла с собой в путешествие Шкоду и Октавию. Кошки остались сторожить ее дом.
– Я все проверю, прежде чем позволю тебе войти к зверю. А пока отдохни, – сказал Слав, обнимая приемную дочь.
Вскоре на крыльцо вышла оборотница в темном платье и пригласила всех следовать за собой.
– Фургон и лошадь отгонят на задний двор, – сказала она, – комнаты уже готовы. Сменную одежду лучше взять с собой.
Млава немного засуетилась, собирая запас штанишек для Тьера, Межеслав молча сгреб все сумки и узлы, а потом аккуратно подтолкнул жену к двери. Млава успокоилась, взяла на руки Тьера и пошла за то ли экономкой, то ли распорядительницей.
Оказалось, мэр городка жил тут же, в ратуше. Одно крыло было отдано кабинетам, второе служило квартирой семье главы города. Еще тут были гостевые покои – что-то вроде номеров для приезжих чиновников. В такой номер и поселили семью Межеслава. Млава с Тьером ушли в спальню, а старейшина, осмотрев спальню, гостиную и кабинет, попросил женщину принести в кабинет удобную кровать.
– Моя дочь должна хорошо отдыхать. Маловероятно, что оборот произойдет сразу и быстро. Да и потом понадобится наблюдение.
Женщина сказала, что скоро все будет, а пока знахарка может сходить в купальню и отдать вещи в стирку.
С учетом штанишек Тьера стирки набралась большая корзина. Чувствуя себя неловко – стирка в этом мире была тяжелой работой, девушка сбежала в купальню. Она была обычной ванной, выложенной мелкой коричневой плиткой. Медное корыто, правда, сияло и парило. Оказалось, ванну готовили для инспектора, но после случившегося несчастья предоставили купель знахарке.
Настя с удовольствием вымылась, пробуя разные средства, стоящие на тумбе рядом, потом закуталась в простыню, не спеша обсушила тело и оделась, радуясь тому, что припасла последний комплект чистого белья, платье, белые кроличьи носки и пару лент для изрядно отросших волос.
Когда она вернулась в “номер”, в кабинете уже стояла кровать вместо какого-то невнятного диванчика. В ванную отправились Млава с Тьером, а Слав попросил принести для всех плотный завтрак, а сам отправился бродить по особняку – собирать новости.
Вскоре принесли подносы с обычной для этого времени года едой – рыбный суп, жаркое, лепешки с творогом, яблочный взвар. Служанки под руководством экономки поставили все на стол и ушли. Потом вернулись Млава с Тьером, благоухая травяным мылом, а за ними воротился хмурый Слав.
– Все так, как я думал, – сказал он, садясь за стол в гостиной, – и даже еще хуже. Неизвестный зверь порвал инспектора!
Млава и Настя тихонько ахнули, чтобы не напугать Тьера.
