Горло саднило, язык устал, теплый взвар возвращал силы, но, похоже, скоро придется искать уборную… Эх, тяжела жизнь знахарки! Но иногда очень вкусная!
С огромным, истекающим соком мясным пирогом в руках Настя подошла к клетке и продолжила разговор со Славом:
– Новости от инспектора есть?
– Закинули еще одного ягненка, ждут. Кот утащил добычу в кровать. Уже стемнело, наши звери ночами более активны, приглядывают, но не лезут.
Настя лопала пирожок, не желая огорчаться из-за инспектора. Вот сейчас она поест, умоется и, наверное, придумает, что еще сказать мальчишке…
Слав вдруг заглянул между прутьями в квадратный люк:
– Эй, ты чего там сидишь? – спросил он.
– А что такое праща? – донесся из подвала дрожащий голос.
К инспектору после оборота мальчика идти совсем не хотелось. На улице давно стемнело, так что Настя, заверив башмачника и его жену, что завтра зайдет навестить нового оборотня, предложила Славу прогуляться до ратуши пешком. Клетку привезут слуги мэра, а они пройдутся по вечерним улицам, чтобы подышать воздухом, посмотреть на звезды.
Слав план одобрил. Слуги мэра, оказывается, дежурили в мастерской, чтобы знахарка не сбежала. Один отправился вслед за Настей, а двое других, ворча, принялись грузить на телегу клетку.
Город Насте не особо понравился. Оказалось, днем оборотни ходят по улицам в человеческом облике, а вечером предпочитают гулять в виде огромных кошек. Слав то и дело утробно рычал, обнажая абсолютно нечеловеческие клыки, отгоняя какие-то тени, мелькающие в темных переулках. Кстати, фонари горели только на центральной улице, на прочих обходились либо светом из окон – довольно тусклым, либо идущие в человеческом облике несли с собой фонари. А коты и так прекрасно все видели в темноте.
– Чего они на меня все дышат? – ежилась Настя, когда Слав отгонял очередного котяру.
– Необычно пахнешь, – отвечал опекун, – кажется, ребенок, но ты подросла и окрепла, да и запах…
Девушка покраснела. Регулярные дни у нее приходили четко по расписанию, а коты это прекрасно ощущали.
К тому же ежедневный физический труд, экологически чистая еда, вода и воздух прибавили ей очков к внешнему виду – волосы стали гуще, подросли и заблестели. Ногти перестали ломаться. Кожа сияла здоровьем, а Млава регулярно приносила в баню какие-то настойки, кремы и мази, чтобы сделать кожу и волосы Насти еще лучше. Потому что для кошки позор, когда ее котенок пахнет грязью или болезнью.
В общем, появись Настя в таком виде в Питере – мужчины точно обратили бы внимание, но там она была взрослой, а тут…
– Ну-ну, – Слав догадался, о чем думает приемная дочь, – вон сколько желающих тебя обнюхать. Обычно с любопытства знакомства и начинаются.
Настя смутилась и попросила приемного отца рассказать, как он познакомился с Млавой.
Межеслав усмехнулся, но стал рассказывать. По его словам, в молодости ему все было интересно, и он поездил по королевству, бывал и в соседних, но даже не думал о браке. Его тяга к знаниям была так велика, что он возил с собой тетради, в которых делал подробные записи обо всем интересном, что ему встречалось. Млаву он увидел в трактире. Рослая, красивая оборотница устало прислонилась к стойке и спрашивала мясной суп, который в землях оборотней готовили в каждой едальне.
По сути, это был бульон из костей, обрезков и субпродуктов, который подбивали мелко молотой крупой за пять минут до подачи. Горячий, жирный, очень сытный, но дешевый и простой в изготовлении.
– Она такая уставшая была. Мне жалко ее стало. Суп этот неплох, но если часто есть, забивает кишки, что бывает мучительно и больно. А Млава долго была в пути, по одежде было видно. Поэтому я заказал для нее молока с медом и пирогов с зеленью. Она, конечно, грозно на меня взглянула, но я сказал, что волнуюсь за ее здоровье, и тем покорил.
Слав усмехнулся, а Настя впервые задумалась о том, что мягкая и нежная Млава на деле тоже крупная кошка и, скорее всего, до приезда в деревню Слава тоже вела активную жизнь, как многие молодые оборотни.
– Бери пример с мамы, дочь, выбирай того, кто будет о тебе заботиться, – сказал Слав.
Настя кивнула и хотела было задать несколько вопросов, но оказалось, они уже дошли до ратуши – Талмейн действительно небольшой городок.
Стоило им войти в узкий тесный холл, как на девушку устремились взгляды присутствующих.
– Мальчик сумел обернуться, – громко сказал Межеслав, – еще день-два за ним последят, и все будет хорошо. Как инспектор?
Ему ответил тот самый господин, который выскакивал на крыльцо в распахнутом кафтане:
– Затаился. Что будете делать?
– Моей дочери нужно искупаться и отдохнуть, – сразу сказал Слав, – поэтому мы поднимемся к себе. Позовите нас, когда привезут клетку.
Тут к ним попытались прихлынуть любопытные, но кот рыкнул, и болтуны отступили.
Настя успела помыться и поесть, но переодеться ей было не во что. Млава поделилась сорочкой, и девушка, смеясь, примотала ее к телу пояском, потому что разница в размерах была ну очень велика, а платье надела то же самое, в котором уговаривала мальчишку.
