Я не знаю, что теперь будет. Но я почти уверена, что Дафна уже жаждет крови.
– Кейт!
Я стояла на подъездной дорожке к своему дому, выгружала продукты из багажника внедорожника и, услышав оклик, обернулась. Лита Груэн, моя соседка, направлялась ко мне через лужайку. В выцветшей обвисшей футболке и черных леггинсах, она безуспешно попыталась обойти автоматические разбрызгиватели, поливающие мою траву.
– Привет, Лита, – поздоровалась я. – У тебя леггинсы промокли.
Она пренебрежительно махнула рукой.
– Высохнут. Кроме того, на улице так жарко, что в мокром даже приятней.
– Понимаю. По-моему, это самый жаркий день с тех пор, как мы сюда переехали.
Я посмотрела на свои покупки, среди которых было мороженое, которое, вероятно, уже таяло. Было далеко за полдень, и солнце палило вовсю. Я надеялась, что Лита не планирует продолжительный разговор.
– Давно хотела с тобой поговорить. С тех пор, как увидела, как ты на днях выходила из студии йоги с Женевьевой.
– Да?
Я напряглась, готовясь к тому, что скажет соседка. Я уже знала, что Лита ненавидит Женевьеву, и мне вовсе не хотелось снова говорить с ней на эту тему. Какие-то глупые детские претензии и обиды, будто школа еще не закончилась и никто по-настоящему не повзрослел. Конечно, я узнала о Женевьеве кое-что, всерьез меня обеспокоившее, но и мотивам Литы я не доверяла.
– Похоже, ты так и не вняла моему предупреждению, – заявила она, и меня неприятно удивило то, как зловеще прозвучали эти слова.
– Послушай, Лита. – Я вздохнула. – Женевьева – моя подруга. Я знаю, что вы не ладите, но это не значит, что она плохой человек.
– Не значит, – согласилась Лита. – А вот тот факт, что она злобная стерва, значит.
Я достала пакеты с продуктами и опустила крышку багажника. На память пришли слова Джо о том, что Женевьева часто конфликтует с людьми.
– Повторяю, мне неудобно об этом говорить. Как я уже сказала, Женевьева – моя подруга. Я не хочу вмешиваться в ваши с ней разногласия, какие бы они ни были.
Лита нахмурилась и скрестила руки на груди. Мало того, что в ее позе было что-то угрожающее, так она еще и всем своим видом напоминала человека, который немного не в себе. Волосы у нее торчали во все стороны, как будто она не потрудилась их расчесать, а на футболке виднелись пятна от зубной пасты.
– Ты не знаешь всего. Да и откуда тебе знать? Ты же здесь новенькая.
– Вот почему я действительно не хочу ни во что вмешиваться. Мне драмы не нужны.
Лита коротко и отрывисто рассмеялась. Смех напоминал лай.
– Ты думаешь, это я разыгрываю драму?
– Нет, я этого не говорю, – проговорила я, пытаясь успокоить ее. Не хватало только рассориться с соседкой так, что она возненавидит меня, как ненавидит моих подруг. И как тогда ходить на уличные праздники? – Я просто не хочу вмешиваться.
– Я пытаюсь тебе помочь, – не отступала Лита.
– И я это ценю. Спасибо, – твердо отрезала я и повернулась к дому, но Лита последовала за мной. «
Лита подняла руки.
– Извини. Но тебе действительно нужно кое-что знать. Не хочешь слушать меня, послушай хотя бы Тейлор.
Я потерла запястье.
– Кто такая Тейлор?
– Тейлор Тонтон. Моя подруга. Раньше жила здесь. Тебе нужно с ней поговорить. Хорошо?
Я посмотрела на Литу, на ее взволнованное выражение лица, на ее широко раскрытые, почти выпученные глаза. Она шагнула ко мне, и я инстинктивно отступила.
– Пожалуйста, – попросила Лита.
– Хорошо, но как мне с ней поговорить, если, как ты сказала, она здесь больше не живет?
– Тейлор в прошлом году переехала в Уэст-Палм-Бич, отсюда всего сорок пять минут езды. Я знаю, она бы приехала, чтобы поговорить с тобой об этом.
Я колебалась. Я действительно не планировала вмешиваться в чужие разборки. К тому же Лита начинала меня пугать. Я хотела уйти от нее в дом и запереть за собой дверь. Но, должна признаться, мне было любопытно, что скажет Тейлор Тонтон.
– Хорошо. Я с ней встречусь.
Лита с облегчением кивнула.
– Вот и правильно. Не пожалеешь.
Я убирала продукты, когда на кухню зашла Алекс.
– Привет. Ты уже настроила свой новый телефон? – поинтересовалась я.
Алекс кивнула и взяла банан из вазы с фруктами.
– Положишь это в морозилку? – Я протянула ей упаковку мороженого. – Как ты умудрилась снова разбить телефон?
– Я же говорила – уронила.
– Он был разбит вдребезги. Этого не было бы, если бы он просто упал.
Алекс посмотрела на меня с выражением, которое я не смогла понять.
– А если бы я сказала тебе, что его растоптала Дафна Хадсон? Поверила бы?
Я почувствовала, как у меня в животе как будто завязался узел.
– Так вот что произошло?
– Сначала ответь на мой вопрос.
– Конечно, я бы тебе поверила.
– И что бы ты тогда сделала?