— Люблю тебя. — Гилберт быстро вручила котенка Деймону, который еще безуспешно пытался что-то возразить, но все те его попытки свелись к тому, что уже через секунду, получив короткий поцелуй от окрыленной шатенки, он стоял посреди гостиной с мелким черным шерстяным клубочком в руках. Елена, в спешке сбегав в свою комнату и захватив с собой пляжную плетеную сумку, весело подмигнула до сих пор не прешедшему к здравомыслию Деймону и, не отказываясь от сопровождения в лице Кая, с адресованным парню смехом покинула дом.
— Мда уж… Может выпьем? — неожиданно для самого себя, смотрящего на уже захлопнувшуюся дверь, обратился Сальваторе к очередной раз пискнувшему котенку, грубовато почесав его за ухом и отправившись на кухню. Налив себе элитного виски, Деймон с тяжелым вздохом расстался с оставшимися и докучающими его голову мыслями. Котенок, с каким-то милым трепетом зашевелившись в руках брюнета, вызвал у него легкую улыбку. И, сделав сразу несколько глотков алкголя, чтобы долить в бокал еще, Деймон, не отпуская зверька, сел на стул и закинул ноги на спинку соседнего, почти поддавшись минуте собственного самолюбия и расслабления, но его уединение с котенком и бутылочкой дорогого напитка нарушили тихие, осторожные шаги идущей сверху Лили, что с опаской оглядела злостное и совсем хищное презрение в голубом взгляде сына.
— Как же мило… — с интересом и только сейчас показавшейся наружу загадочностью в нелепо выпученных глазах проговорила она, зайдя на кухню и с растерянностью ища нужную чашку для чая.
— Не слушай эту сумасшедшую женщину, Дьяволенок. Мы грозные, а не милые. — не вычеркивая язвительность из своего саркастичного тона, сказал Деймон, синим огнем глаз обжигая рассматривающую его и царствующий в его силуэте мрак мать. Пока котенок с остервенелой озадаченностью старался зацепиться коготочками за мелкие пуговицы на его рубашке, Сальваторе равнодушно реагировал на окружающую его сгустившуюся напряженность и медленно пил виски.
— Ты уже, наверное, даже не помнишь… — с новой задумчивостью произнесла Лили. — Когда тебе было девять, мы с папой подарили тебе щенка. Кажется, его звали…
— Джимми. — резко и хрипло перебил ее Деймон, слишком шумно возвращая опустошенный бокал на стол и опуская маленького котенка на пол, и он на дрожащих от неуверенности лапках сделал несколько шажков, прежде чем свернулся в клубочек. — Его звали Джимми. Помню. Только однажды он почти укусил тебя за ногу, и ты заставила отца застрелить его на заднем дворе. Поверь, такое трудно забыть…
— Но мы же подарили его, когда ты просил. — словно ничуть несмущенная пренебрежительным тоном парня, возразила женщина.
— Ну… Вы были так щедры. — показав самолюбивую улыбку, сопровождающуюся огненным блеском синих и едва сдерживающих внутреннюю ярость глаз, Сальваторе покинул кухню вместе и направился к выходу, стараясь оставить в этом пустынном темном доме не только нелепо делающую абсолютно всё Лили и ненужное для него черное существо, но и грызущие мысли, которые так беспощадно разжигали в нем совсем давно позабытое, оставившее его внутреннюю дерзость чувство. Непонятное как сама жизнь чувство, способное смешать в себе и обиду, и стыд, и горечь.
— Елена! Представляешь, Логан… Сволочь такая! Он сожрал всю закуску… Черт! — панически выкрикнула Кэролайн, кинувшись в дружеское объятие подруги, которая только-только успела выйти из машины Паркера, припарковавшейся у входа в яхтклуб. По воздуху сразу повеяло свежим ветерком с шумно плескавшегося моря, разнося повсюду тонкий и свойственный лишь пляжу аромат воды. Порывы ветра внезапно усилились, и Гилберт инстинктивно схватила предательски разлетающийся из-за своей легкости короткий ярко-розовый сарафан и весело улыбнулась блондинке, поняв что ее светлые волосы также запутано облипили лицо как и у нее.
— Не думаю, что это проблема. Надеюсь, большое количество шампанского исправит все неполадки. — пытаясь передать Форбс весь свой позитив, что заискрился еще ярче при виде синей лазури буйной воды, которая обвивала волнами борты белоснежных и дорогих яхт, сказала Елена, и Кай поддерживающе подмигнул ей. Кэролайн с подозрением оглядела на его радостном лице столь искренний и стремительный скачок в настроении и, вновь вернув свое внимание борющейся с нахальным бризом шатенке, повела Елену и парня к нужной двухпалубной яхте, стоя на которой Элайджа что-то громко старался выкрикнуть своей девушке, не осознавая, что каждое его слово исчезает среди приятного шума воды, которая подыгрывала направлению ветра и уносила все посторонние звуки в самую свою глубь.
