Вот и новая глава))) Знаю, что пришлось ждать очень долго, но зато есть маленький бонус. Хоть у меня плохие отношения с видеоредакторами (по личному опыту из прошлого), я смогла сделать трейлер на фанфик. Ссылка здесь и в шапке фанфика.
https://youtu.be/_DJ4TewZrpo
Как всегда жду ваших отзывов🤗 Смогла заинтриговать концовкой главы?
========== Глава 21 ==========
Выстрел. Решительный и внезапный. Пуля рассекла воздух, оставила нескрываемый грохот и резко подступившее чувство шока и испуга. Сквозь музыку, что сразу же окончила свои громкие мотивы, сквозь шум, что внезапно стих, сквозь смех, что обратился в душераздирающий женский крик, сквозь всё вокруг и каждый миллиметр пространства прошла невидимая волна напряженного мрака и с болью в истерично колотящемся сердце каждого испугом. Незнанием. Ужасом. Смолкли все голоса, которые сменили свои воодушевленные тона либо на удивленное безмолвие, либо на скулящий, поистине жалкий крик.
— Что-то случилось… — Деймон, который всего лишь минуту назад приблизился к медленно пьющей красное вино Кэтрин и показал ей нервную улыбку, тихо произнес это, расслышав грозный звук выстрела и обеспокоенно глянув на шатенку, на чьем лице появилось ответное волнение. Кэтрин, просканировав тревогу ярко-голубых, мечтательно прищуренных глаз Сальваторе, сразу переключила внимание на в панике застывших Рика, Кая и Клауса, который в нежном объятии держал ту Дженну, что внутри себя ощущала безумное предчувствие чего-то хуже, чем просто плохого.
Все вместе они, будто резко очнувшись от жуткого оцепенения, сорвались с места и направились к месту, где недавно прогремел тот омерзителный и загоняющий в дрожь звук, выйдя почти к носу всей яхты. Несколько крепких парней, что стояли к ним спинами и закрывали их сильной шириной от всего произошедшего, медленно повернулись к подошедшей компании, и в этот миг неловкого и вопросительного затишья вырвался досадный, отчаянный и до невыносимости громкий от сжавшей сердце боли женский крик Кэролайн, чье хрупкое тело забилось в истеричной дрожи. Ее голос, осипший и безостановочно звучащий, ее слезы, которые паническими рыданиями искажали ее ранее миловидное личико безумной расстерянностью, ее резко потерявшие свой небесный оттенок глаза в прозрачности, отражая лишь безобразную и разрушающую собой весь мир картинку. Все ее эмоции, все ее крики и слезы — всё подобно электрическому разряду пробило каждого из тех, кто вплотную подперся к неизвестным парням из окружения Сент-Джонса и, расстолкав по сторонам их высокие плечи, посмотрел на упавшее от того решительного и жестокого выстрела тело, от вида которого сразу же наступало смешивающееся ощущение брезгливой от осознания смерти тошноты и ощущения неадекватного сожаления к случившемуся. Однако не было ни последнего вздоха, ни ярко-красной лужи густой крови вокруг порванной на груди дыры в легком пиджаке, ни болезненного кряхтения, которое безнадежно цеплялось за кислород и мечтательную мысль о лучшем исходе. Кэролайн, игнорируя чужие вздохи, предубеждения или угрозы, сквозь всю скучковавшуюся толпу кинулась к лежавшему Элайдже, дрожащими от истерики слабыми руками сжимая его обездвиженную фигуру в своих захватывающих, закрывающих его в себе объятиях, сквозь которые Майклсон еще пытался выбраться, боясь удущающей смерти ее нежных рук. Лица других, окружавших весьма романтичную и шокирующую одновременно сцену, отчетливо проявляли на себе лишь страх и недоумение, и только льдисто-синие, насквозь прожигающие своей ненавидящей суровостью глаза Деймона в упор смотрели на сжимающего в правой руке серебристый револьвер Энзо, который с той же уверенной коварностью, злобой и примесью искренней лидирующей загадочностью в темных зрачках ответно посылал Сальваторе беззвучную ругань.
— Эй! Эй! Всё нормально, Кэр… Всё нормально! Ребят, видели бы вы свои рожи! Эй! — лихорадочно заговорил Элайджа, с трудом стараясь отлипить от себя бьющуюся в неконтролируемой истерике Кэролайн и подняться на ноги, под звуки облегчения и тяжелых вздохов окружающих их людей. С нелепой, но действительно счастливой улыбкой Майклсон попрощался с лежачей позой и, отпустив из своих рук дрожащее тело рыдающей блондинки, отогнул край испорченного молниеносно вылетевшей в его сердце пулей пиджака и достал из нагрудного кармана погнутую и изуродованную серебристого цвета флягу, через внушительную мятину которой тонким потоком струилась янтарная жидкость дорогого алкоголя.
