Наверное, время имеет скрытую от посторонних умов способность, которое помогает молниеносно пронестись незаметно для других и оставить лишь четкое воспоминание, неспособное быть залеченным весьма глупым мифом. Ровно неделя. Семь точных и томительно, изнурительно долгих суток, которые пронесли за собой кучи минут. Все эти дни, лишенные весеннего солнца, лил сильный дождь, который пропитывал воздух своей мрачной сыростью, и само небо будто закрылось от других, натянув на себя бледный серый платок, сквозь который падали холодные слезы, стекающие по темному асфальту с шорохом проезжающих по лужам машин. Черная Феррари же мчалась настолько быстро, игнорируя знаки, светофоры и сигнальные звонки чужих автомобилей, что шум потревоженной дождевой воды в неровностях темной дороги оставался далеко позади, окатывая собой возмущающихся людей, успевших лишь зажмуриться перед тем, как промокнуть по вине Деймона, едва держащегося за руль и с трудом концентрирующего свое внимание на лобовом стекле, инстинктивно поворачивая в сторону. Мутное, загруженное сознание, испорченное бесконтрольным количеством алкоголя. Прошла неделя после того, как он, вернувшись домой, не обнаружил Елены, и именно столько дней он пробыл в собственной комнате, отрекаясь от телефона и чужих людей, заливая в себя алкоголь и нервно выкуривая сотни сигарет, оставляющих свой терпкий, горький смрад в каждой вещи его спальни. В темноте, одиночестве и тишине он медленно, но верно сходил с ума, то опьяняя себя, то проваливаясь в сон, не разбирая ни мыслей, ни реальности. Непроглядная пустота забвения, когда он бежал от самого себя и прятался в бутылках. И, может быть, это могло бы помочь ему, но парень совершенно точно знал, что наступит день, когда голова протрезвеет и вновь прояснится, и тогда вся боль навалится разом, уничтожая и нещадно угнетая его. Но в этот миг, без использования тормозов напрямик направляясь к высоткам в центральной части города, Сальваторе не заботило ничего — ни прошлое, ни настоящее, ни будущее. Ровным счетом ничего, что могло бы вообще появиться внутри него.
Свернув к многоэтажному стеклянному зданию, Деймон резко остановился у крыльца, вынудив машину оставить на асфальте черные длинные полосы проскользивших шин. Он, немного пошатываясь, выбрался на улицу, совсем не замечая еще моросивший дождь, и только поправил свои темные очки, скрывающие до безумия пьяные голубые глаза, бегло стреляющие по сторонам. Так же неровно и шатко он прошел вовнутрь, настойчиво протянув охраннику на входе внушительную пачку купюр, сумевших подкупить крупную фигуру и довести Деймона до быстро прибывшего лифта, где он ладонью надавил на кнопку, долго пытаясь выбрать необходимый этаж. Короткий, но громкий звоночек оповестил холл о начале движения кабины лифта, что сразу же резко подалась вперед, заставив брюнета привалиться плечом к стенке, будучи неспособным стойко и спокойно простоять на месте на непослушных, заплетающихся от обессилия ногах. Пару мгновений — и Деймон с топотом идеально начищенных ботинок вывалился из лифта на нужном этаже, поправив черную кожаную куртку, под которой скрывалась обтягивающая белая футболка, классически сочетающаяся с синими джинсами. Он, приосанившись и натянув фальшивую самодовольную улыбку, довольно-таки уверенной походкой прошел по пустому коридору, почти дойдя до нужной двери кабинета, но незнакомый женский голос, явно встревоженный, окликнул его и остановил.
— Извините, Вы что-то хотели, мистер… — официально и вежливо проговорила светловолосая худенькая девушка за невысокой стойкой, и Деймон неохотно повернулся к ней, оценивающе окинув ее запрятанным за темными очками взглядом с ног до головы, и, продолжая улыбаться, медленно приблизился к ней, вынудив открыто рассматривающую его особу закусить губу.
— Сальваторе. Можно просто Деймон. — хрипловатым и тихим голосом чаруще подсказал он, и прошелся рукой по черным как смоль хаотично взлохмаченным волосам, соблазнительно улыбнувшись блондинке и оперевшись о стойку. Она же, прибывая в растерянности и нелепой стеснительности перед парнем, залипла на его привлекательном силуэте, опомнившись лишь тогда, когда в нос ударил сильный запах спирта, который перебивал даже сладковатый аромат его одеколона, каким была пропитана растегнутая куртка.
— Вы хотели увидеться с мистером Честером? — протараторила девушка, пытаясь отвлечься от ухмыляющегося и таращившегося на нее брюнета, который застиг ее врасплох своим вниманием и дерзкой сексуальностью. Блондинка из-под ресниц подняла на Деймона глаза в ожидании ответа, но парень не торопился говорить и снял с себя очки, показав ей пронзительно голубой прищур, добивший ее окончательно и напустивший на нее очередную волну приятного жара, который проявлялся в легком румянце на ее лице.
— Не знаю насчет мистера, но… Я бы с радостью повидался с Ричардом. — не меняя тональности своих слов, что подобно бархату пробегали по коже взволновавшейся девушки, и пальцами провел по стойке, сразу же переманив ими неотрывный и голодный взгляд девушки. — Ну?
