— Узнаешь. И мы должны поторопиться, чтобы потом не написали в газетах «Красивый парень отымел охуительно секусальную девушку прямо у входа в обувной магазин». — тем же тихим тоном с хрипотцой проговорил он и, чуть отстранившись от лица с небольшим волнением и заинтересованностью смотрящей на него Елены, плавно провел ладонью по ее щеке. Она же в ответ на его слова лишь несильно толкнула, не готовая признавать грубость его слов, подсознательно скрывающих в себе комплимент касательно ее привлекательности. — И нас даже никто не сможет отвлечь, малышка. Мейсон сегодня весь день мотается вокруг дома, осматривая территорию по моему поручению… Клаус, Дженна, Энди и Логан уехали сегодня на какую-то премию журналистов, чтобы поддержать Стар… Рик сейчас кувыркается с Бекс, а Эл сейчас будет делать Кэр предложение… На случай Энзо существует кнопка отключения телефона… В общем, всем будет на нас плевать. — чарующе прохрипел Деймон, понимая что голос совсем предательски сел. Его рука, до этого лежащая на ее бедрах, медленно проскользила вверх, нежным касанием трогая девушку, и Елена шумно выдохнула, не выдерживая всего того тепла, каким горело тело брюнета.
— Предложение?.. — закусив губу, полушепотом переспросила Гилберт, и парень что-то неразборчиво промычал в ответ, зарываясь носом в ее каштановых волосах. — Деймон… Перестань… Тут вообще-то люди.
— Когда это мне было не наплевать? — усмехнувшись, сказал Деймон, и радостный блеск его ярко-голубых глаз действительно удивил Елену.
— Идем, но только заканчивай с этим в общественном месте. — снова попытавшись отпихнуть от себя Сальваторе, что нахально стал покрывать ее шею мелкими и частыми влажными поцелуями, остановила его твердым голосом Гилберт и наградила неохотно оторвавшегося от нее брюнета неоднозначным взглядом.
— Ну что? Трахательный марафон объявляется открытым… — сквозь звонкий смех Елены хрипло прорычал Деймон, когда после долгого и молчаливого напряжения их нетерпения в машине, он быстро затащил девушку с собой в дом, резко прижав к стене в прихожей. Он со свирепостью своей страсти накинулся на нее с настойчивым и грубым поцелуем, до приятной боли прикусывая ее губы. Сгребая ее поддатливое тело в охапку, Деймон, не нарушая их контакта, поспешно потянул ее наверх, пытаясь увести в свою комнату, куда не удавалось добраться из-за постоянных остановок на стеклянной лестнице, где Елена наперекор его рвению упасть на кровать в поисках похоти останавливала его движение и нежно обнимала.
— Черт… — ударившись рукой об дверь, едва слышно выругался Сальваторе, когда они вдвоем ввалились в комнату и прошли к большой кровати, постель которой была завалена одеждой брюнета и прочим хламом, что он быстро смахнул рукой на пол вместе с темной простынью. Жадно целуя Елену и не преодолев всего пару метров до большой и прибывающей в жутком беспорядке кровати, Деймон аккуратно повалил Елену на пол, расположившись на ней сверху и заключая в круг своих сильных рук. Она плавно прошлась хрупкими ладошками по его спине, задернув вверх рубашку, и в ответ на это парень что-то неразборчиво прорычал, инстинктивно разрешая шатенке сбросить с него кожаную куртку. С пылкостью собственных чувств они поглощали друг друга, чувствуя общее тепло разгоряченных тел, и продолжали целоваться как сумасшедшие, совсем без всяких мыслей в голове соприкасаясь влажными и уже уставшими, чуть припухшими губами. Их одежда поочередно отлетала в сторону, и никого из них не волновало ее полуразорванное состояние.
— Деймон! — возмущенно вскрикнула Елена, когда целуя ее, чуть приподняв, брюнет отпустил ее голову, вынуждая девушку больно удариться о деревянный пол. В ответ на ее неразборчивое недовольство Деймон лишь несильно прикусил ее за плечо, и теперь Гилберт вскрикнула не от полученной ранее головной боли, а от неожиданности, что смогло принести ей лишь странное удовольствие, которое волной накрыло ее тело подобно горячему и сбивчевому дыханию Сальваторе.
