Пилигрим теперь понимал, что именно она сделала. Рада наверняка знала, что где-то недалеко от Ботанического сада поселилось семейство анчуток – мелких духов, скорее пакостных, чем злых. На таком расстоянии они обязаны были отреагировать на упоминание своего имени, и они пришли.
Правда, непонятно, зачем. Анчутки относились к слабым духам, которые боялись почти всех. Они даже притворялись чаще не людьми, а какими-нибудь городскими воробьями.
– У нас тут небольшая проблема в виде могущественных лихорадок нарисовалась, – пояснила Рада.
Ближайший к ней анчутка бухнулся с ветки в шокированном обмороке.
– А мы тут при чем?! – возмутился другой. – Стать для них закуской, пока они вас убивать готовятся? Нет, это не наша война! У нас вообще ни с кем вражды нет, мы мирный народец!
– Вот и замечательно, мирными вы и останетесь!
На этом моменте растерялись вообще все – и анчутки, и Пилигрим. Непробиваемое спокойствие сохранила только Рада. Она продемонстрировала им то, во что превратился Михаил.
– Мне нужно, чтобы вы стали невидимыми, разбежались по саду, а потом все одновременно превратились вот в такое.
– Нас убьют? – настороженно покосился на нее анчутка.
– Вас даже не тронут! Убить попытаются нас, но мы будем этому противостоять.
– Нет, мы не согласны! Тут какой-то подвох!
А вот Пилигрим уже склонился к мысли, что план очень даже неплохой. Он видел, как к трем лихорадкам подбежали две знакомые. Это было плохо: Руслан или побежден, или был вынужден отступить… В любом случае, сейчас все сестры будут знать, что нужный им человек превратился в резиновую утку.
Пока им кажется, что это легкая цель. Сколько вообще уток может оказаться в Ботаническом саду? Но Рада планировала сделать так, чтобы их стало очень много.
– Не подвох, а флешмоб, – заявила толмач. – Рассматривайте это так.
– Мы не согласны! Мы протестуем!
Пилигрим решил, что настала пора вмешаться. Теперь он понимал, почему Рада попросила его перевоплотиться заранее!
Анчутки были низшими духами и боялись всех, кто сильнее… то есть, практически любую нечисть. Но одним из их главных кошмаров всегда оставались волколаки, и это сейчас могло помочь. Поэтому Пилигрим прижал уши к голове и глухо зарычал.
С веток плюхнулись еще три анчутки. Истеричные они все-таки…
– Слушайте, может, я что-то путаю, но силы лихорадок на вас не действуют, – примирительно сказала Рада. – Так в чем вообще проблема?
– В том, что они могут нас раздавить! Рукой! Ногой! Или что у них там!
– А он может вас съесть.
Пилигрим для убедительности щелкнул челюстями. Анчутка, который оказался посмелее остальных, обиженно надулся.
– Толмачи вообще не должны так поступать! Мы сейчас уйдем!
– А я призову вас снова. В эту игру можно играть хоть весь день, так не проще ли разобраться со всем сейчас?
– Мы будем жаловаться!
– Это – сколько угодно, но только когда все закончится.
Анчутки продолжали ворчать и возмущаться – как стайка угрюмых маленьких дедков, которым не дали научить окружающих правильной жизни. Но Пилигрим уже видел: они согласны. Древние инстинкты не обманешь, волка они боялись слишком сильно, чтобы удрать.
Они ненадолго стали невидимыми. Пилигрим по запаху определил, когда они отдалились, и вернул себе человеческое обличье. Рада кивнула на утку, которой был Михаил:
– Ты ведь понимаешь, что сейчас будет лучше всего? Сможешь это сделать?
– Легко!
Легко это, конечно же, не было, Пилигрим использовал сложнейшие заклинания, которые многие в его возрасте даже изучать не начинают. Но он не собирался жаловаться на это Раде, она и так сделала больше!
Поэтому пока анчутки готовились к своей микроскопической диверсии, он снова шептал заклинание. Он хотел использовать их природную магию как прикрытие, чтобы лихорадки не засекли его колдовство.
У него все-таки получилось. Бесчисленное множество желтых резиновых уточек вспыхнуло на всех лужайках Ботанического сада, как летние одуванчики. В этот же миг Михаил Бурнасюк превратился в рюкзак, который, впрочем, лучше было не открывать. Но заклинание работало идеально: вес у рюкзака по-прежнему был небольшой, так что Пилигрим смог передать его Раде. Сам же он подхватил с травы резиновую утку, которая возмущенно пискнула, однако вырываться не стала.
– А вот теперь бежим вперед, – только и сказал градстраж.
Они действительно бежали. Не заботясь об анчутках – потому что те в защите не нуждались. Не пытаясь пока найти Руслана. Просто стараясь спасти и себя, и свидетеля.
Лихорадки, растерянные от внезапного утиного флешмоба, упустили их. Когда же сестры заметили, что жертвы убегают, было уже поздно. Бегали лихорадки не быстрее, чем обычные человеческие девушки.
Градстража, прибывшая к Ботаническому саду, не успела их поймать, но это оказалось не так важно. На сей раз, впервые за долгое время, победа все-таки осталась за Пилигримом и Радой.
Правда, в том, что за этим последует месть, градстраж даже не сомневался. Элементали огня от мести никогда не отказывались, и Минску предстояло готовиться к новому пожару…
