Он начертил мелом на полу ведьминский круг, заставил Руслана войти туда, протянул деревянный амулет на тонком кожаном шнурке.
– Это что? – поинтересовался соловей-разбойник, осторожно касаясь пальцами гладкого черного дерева.
– Мореный дуб из белорусских болот. Стало понятней?
– Нет. Зачем он нужен?
– Потому что так надо. Надевай давай! Этот амулет будет держать твое новое обличье. Снимешь его, только если нужно будет развеять морок. Но есть нюанс: это делается один раз. Как только магическая маска с тебя слетит, вернуть ее не смогу даже я. Рассматривай это как аварийный выход.
– Яс-с-сно, – протянул Руслан, однако амулет все же надел. – Что за маска хоть?
– Увидишь.
– А права голоса у меня нет?
– И не было никогда.
Раз уж Пилигриму пришлось тратить на такое энергию, поквитаться он готовился хотя бы выбором маски. Впрочем, была в этом не только маленькая месть. Сам Руслан наверняка выбрал бы что-нибудь брутальное – и попался на этом. А тут требовалось обличье, в котором бывшие коллеги соловья-разбойника никогда его не узнают.
Вдоль линии Пилигрим разложил полудрагоценные камни и редкий болотный янтарь – такие артефакты лучше всего накапливали энергию. После этого ведьмар поджег туго скрученный пучок полевых трав, наполнивший комнату ароматным сизым дымом. Раньше, когда он проводил похожие ритуалы, прибегала соседка, порой с милицией, и обвиняла его в том, что он «курит тут всякое и квартиры жжет». Но после того, как выяснилось, что Пилигрим трезв и пироманьяком не стал, она наконец оставила его в покое. Так что теперь можно было работать, не опасаясь настойчивого стука в дверь.
Полевые травы медленно тлели, то и дело вспыхивая рыжими искрами. Дым извивался в воздухе кольцами, будто танцуя. Постепенно его завеса становилась все плотнее, она уже не кружила по комнате, а подбиралась к Руслану, как живое существо.
Соловей-разбойник это наверняка заметил, но виду не подал. Он переносил ритуал на удивление спокойно, больше не отвлекал вопросами. Если он и волновался, то удачно это скрывал. Он просто не знал, что его ждет…
Наконец дым сомкнулся на Руслане плотным серо-белым коконом, наступил финальный этап ритуала. Пилигрим продолжал нашептывать заклинание, хотя оно утягивало больше энергии, чем он предполагал. Да и день выдался трудный… Но не отступать же теперь! Сил должно хватить, так или иначе.
Когда он наконец закончил, Пилигрим и сам не брался сказать, как умудрился устоять на ногах. Его трясло от усталости, на коже выступила испарина, голова кружилась. Да уж, в ближайшее время лучше не колдовать… Но и не нужно, главное, что все получилось.
Руслан поначалу был спокоен. Да и чего ему волноваться, он-то не устал и чувствовал себя прекрасно! Он уже понял, что ритуал прошел успешно.
– Можно выходить из круга? – спросил он. – Зеркало тут есть?
– В коридоре.
Руслан кивнул и вышел. Пилигрим утомленно опустился в кресло, мысленно отсчитывая последние секунды перед тем, как соловей-разбойник доберется до большого, в полный рост, зеркала в прихожей.
Три… два… один…
– Пилигрим, мать твою, ты что сделал?!
Несмотря на всю усталость, Пилигрим не сдержался, ухмыльнулся. Оно определенно того стоило…
В комнату ворвалась бабка. Это была не «женщина почтенного возраста» и уж точно не «пожилая дама», нет. Это была та самая бабка, про которую слагают анекдоты. Постоянная обитательница лавочек, обличительница наркоманов и проституток. Невысокая, сухонькая, смуглая, чем-то похожая на необъяснимо подвижную курагу. С всклокоченными перышками седых волос. В резиновых сапогах, потрепанных спортивных штанах, цветастом платье поверх них, да еще и, зачем-то, пуховике. Вроде как беззубая, но при этом разговаривающая громко и четко. Для завершения образа от такой старушки должно было пахнуть кошками, но на это Пилигрим не решился – сам такой запах не любил. Поэтому странную старушенцию окружал аромат лаванды, отлично маскирующий запах соловья-разбойника.
То, что создал Пилигрим, было даже отдаленно не похоже на Руслана и с Русланом никак не ассоциировалось. Вот только сам соловей-разбойник креативный подход не оценил.
– Я тебя убью! – объявил он.
– Этим ты, конечно, докажешь богатырям, что не опасен и никого не предавал.
– Мне нужна другая маскировка!
– А ты не у стилиста в кабинете, чтобы физиономию себе долго подбирать, – напомнил Пилигрим. – На новое заклинание у меня не хватит сил, и ты это прекрасно видишь.
– Но я не могу так ходить!
– Почему? Ноги подгибаются? Немощь этого тела – просто иллюзия, ты ничем не отличаешься от себя настоящего. А теперь, если не сложно, продолжи истерику без моего участия, мне нужно отдохнуть.
В напряженные времена Пилигрим мог оставаться на ногах дни напролет, но даже для него был предел. Он прекрасно понимал: если сейчас не получит хотя бы несколько часов сна, завтра просто свалится.
А это очень и очень нежелательно, ведь он уже придумал, что делать дальше.
