Наблюдая за игрой бликов, прислушиваясь к убаюкивающему потрескиванию огня в камине и шипению фитилей в светильниках, Дайрес погрузился в некое подобие транса. Он упустил из виду вернувшегося в столовую Брока, не заметил пришедших и о чем-то тихо перешептывающихся Синдри и Сандро. Уже сидя за столом, не обратил внимания, как вокруг расселись остальные и принялись трапезничать. Ди-Дио пребывал в блаженном, ностальгическом расположении духа, вспоминал родные пещеры, домашний очаг, отца и мать. Он не слышал голосов и звона посуды, хотя без труда различал шум огня…
— Парнишка не в себе? — хлебнув эля, поинтересовался Брок и ложкой указал на имитатора.
— Оставь его в покое, — жуя, пробурчал Хемдаль.
— Что ты ему наговорил, Хем? Небось, опять читал стихи, которые сочинил для Вилеры? Да уж… после таких откровений любой полдня ходит в ступоре.
— Ничего я не читал! И вообще, чем тебе не нравятся мои стихи?
— Кончай болтать, налей! — перебил Брок и расхохотался.
— Ни беса ты не понимаешь в поэзии…
— Налей, говорю! — одной рукой тыча в кружку, а другой — держась за живот, сквозь смех пророкотал Брок.
— Вонючий хряк! — Хемдаль со злостью швырнул в младшего брата кружку, но промахнулся, чем еще больше его рассмешил.
— Прекратите паясничать, — сердито вмешался Синдри.
— Все, все, — развел руками Брок, — молчу.
— Да-да, а стоило бы заткнуться раньше, или вообще не разевать рот, — пробурчал Хемдаль, посмотрел на полную до краев кружку Дайреса и, пока тот заворожено наблюдал за бликами и не обращал на окружающий мир внимания, передвинул ее к себе и от души отхлебнул эля.
За время скитаний Сандро весьма изголодался, поэтому молчал до тех пор, пока не набил желудок, и заговорил, лишь покончив с едой:
— Я все хотел спросить. Почему вы не выходите на поверхность? Чем занимаетесь здесь, в этих горах?
— Многим, — отозвался Синдри. — Я — кузнец, доспешник и оружейник. Хемдаль — рудокоп, знаток тайных свойств минералов, мастер-инкрустатор. Младший, Брок, специализируется на механизмах. А вместе мы создаем настоящие шедевры…
Сандро хотел перевести беседу в нужное ему русло, заговорить о том, что карлы не только мастера, но и воины. А тем, кто привык сражаться, негоже уходить от битв и сидеть в четырех стенах. Но его сбили с мысли.
— Я вижу, — приходя в себя, заворожено протянул Дайрес. — Это на самом деле настоящие шедевры.
— О, крепкий малый! — с воодушевлением воскликнул Брок. — Всего полчаса просидел с задуренной башкой. Выходит, стихи Хемдаля на него почти не подействовали…
— Опять начинаешь?
— Ладно, молчу, — усмехнулся в бороду карла.
— А над комнатой я работал долго, — с улыбкой заметил Хемдаль. — Копать и обтесывать пришлось немало, а вкрапление в стены лабрадора для многих… Да что там для многих! Для всех, кроме меня — непосильная задача.
— Есть секрет? — спросил Сандро, надеясь повлиять на разговор.
— Конечно, есть! Все думают, что копать можно только вниз. Но я копаю вверх! Наперекор канонам!
Сандро изумленно посмотрел на рудокопа, но так и не разгадал ход его мыслей.
— Да-да, испокон веков все краснолюды бурили вниз, к земным недрам, — продолжал карла, — но мне известно, что там находятся не только земные колонны, удерживающие свод мира, но и жуткие твари, которым нет числа. Поэтому я обхитрил всех и стал копать вверх.
— А что будет, когда дойдешь до вершины?
— Как что? Начну копать вниз.
— Но там же жуткие твари… — напомнил некромант.
— Та, — махнул рукой карла, — пока я до них еще докопаю.
— Железная логика, — кивнул Сандро и, поняв, что разговор не даст никаких результатов, в лоб спросил: — Простите за нескромный вопрос, но почему вас называют «Безумцами»?
Нелестный ответ, касающийся умственных отклонений, так и крутился на языке некроманта, но он не решился озвучить свою догадку.
— Кто?! — Брок привстал, грозно оперся о столешницу и с вызовом посмотрел на Сандро. — Кто называет?
— Ответ прост, — вмешался Трисмегист. — Братьям Ивальди в бою неведом страх. И они с безумной храбростью идут в атаку.
— Так и есть! — Брок, даже не заметив в тоне друида язвительности, довольно улыбнулся. — В сражениях мы с братьями не раз убивали по тридцать, а то и по пятьдесят врагов — каждый!
— Да-да! А если выпить, то и по сто! — уточнил Хемдаль.
— Это у тебя в глазах двоилось… — отмахнулся Брок.
— Хватит бесцельно сотрясать воздух. Кто из вас помнит, когда в последний раз шел в бой? Когда это было? — старший Ивальди смерил братьев пристальным, испытывающим взглядом, от которого младшие карлы повесили носы и потупили взоры. — Молчите? Вот и я забыл… А знаете почему? — Синдри сделал продолжительную паузу и, не дождавшись ответа, заговорил вновь: — Опять молчите? Что ж, я скажу вам: потому что мы покрылись пылью в этих горах! Стали историей! Сказкой! Мы — прошлое! Этого хотел наш отец? Ради чего, спрашивается, мы, мудрейшие из краснолюдов, живем?
— Чтобы копить знания! — заметил Брок.
— В старке и эле ты не найдешь знаний.
