Месяц нашего пребывания во дворце эльфов, подходил к концу. Теперь я понимал, что все было не напрасно, и знания которые нам вкладывали в голову и вбивали на арене, действительно были нужны. Сравнивая нас, какими мы стали сейчас, пройдя интенсивное обучение, и тех, кем мы были, когда явились сюда, отчетливо видел: разница была огромной.
Светлые эльфы были непревзойденными мастерами в лечении. Лана и заодно нас с Эль, Владыка светлых Алла'атель учил видеть с помощью магии болезнь. Учил анатомии тела, чтобы мы могли определить, где что находится, и как надо лечить то или иное заболевание. Услышав, каким образом Лан, с помощью Эль, вылечил ту женщину в деревне, Владыка долго качал головой. Оказалось, они все делали правильно, за исключением одного, надо было обезболить и не давать женщине мучиться от невыносимой боли. Этому нас тоже учили. Как оказалось, это достаточно просто, просто силовые нити следовало сделать настолько тонкими, как иглы, и уколоть в определенных местах тела, где сходись нервные окончания. И все, временное обезболивание готово.
Владыка Аннуминас учил нас защитной магии, на которой специализировались темные эльфы. Мы изобретали новые силовые плетения, и совершенствовали уже известные. Лан придумал, как создать щит, который защитил бы нас от огня. Всего лишь надо было создать еще один, дополнительный щит, который располагался поверх уже расположенного на теле, и крошечный зазор между ними, наполнить водой. Получалось интересно. Мы тренировались, засовывая руки в дворцовый камин, и однажды залезли туда все втроем. Целиком. Благо он был огромным. Глаза владыки Алла'ателя надо было видеть, когда он узрел нас, сидящих посреди разожженного пламени, и хихикающих как ненормальные.
Нас научили правильно скрывать и открывать свои мысли для окружающих. Владыки посмеялись над нашими «шапочками», которые мы придумали самостоятельно, и сказали что принцип вроде бы тот, но мы все сделали неправильно. Надо просто на тот щит, который прикрывает тело, нацепить зеркальную иллюзию, и зеркало будет отражать попытки прочесть наши мысли. А если появится необходимость в этом умении, то иллюзию следует убрать. Мы потренировались. Действительно интересный способ, и совсем не надо, чтобы тебя в лоб кололо магией при чужой попытке прочесть твои мысли. Когда ты пользовался зеркальной иллюзией, ты слышал все попытки проникнуть в твою голову, и понимал, кто их делает. Я не совсем понял, как именно это работало. Но работало, а это самое главное.
Кстати, еще одному виду магии — природной — нас учил степенный эльф, по имени Элахаарэль, который оказался учителем и воспитателем Лана с самого момента его рождения. С этим видом магии все оказалось еще проще, чем с овладением искусством врачевания. Всего лишь требовалось выпустить силовые нити и ими взаимодействовать с окружающим нас миром. Поднять уголек, наполнить силовую «ложку» водой, создать некое подобие силового «веера» и с его помощью разогнать воздух, направляя его туда, куда необходимо. Нам безумно это нравилось, а учитель ходил довольным, видя распирающий нас энтузиазм.
Кстати, чем больше мы занимались, тем сильнее становилась наша магия. Если поначалу, мы своими нитями могли поднять в воздух только небольшие предметы, то к концу месяца, мы уже спокойно могли опутать ими и поднять в воздух самих себя, чем и пользовались, наводя шороху во дворце, видом парящих в воздухе наследников.
Еще нам Владыки по очереди преподавали нам эльфийский и темно-эльфийский языки. Как и сказал нам когда-то Лан, разница между ними была небольшая, явно прослеживались общие корни. Основы мы уже знали, и теперь просто заучивали большое количество новых слов и выражений, а так же учились читать и писать эльфийские руны. К концу месяца обучения, мы практически свободно освоили оба языка, и теперь старались все время говорить именно на них, чтобы закрепить пройденное.
Кстати, еще одним немаловажным пунктом обучения нас стали… танцы. За нас с бешеным энтузиазмом принялась мама Эль, Владычица Ровенна. По ее словам, нам это умение было жизненно необходимо, потому что в «Золотом единороге» раз в месяц обязательно проводились танцы, на которых устраивались некие подобия соревнований между факультетами эльфийской, темноэльфийской и драконьей магии. И, чтобы не ударить в грязь лицом, нам необходимо уметь выделывать любые па. Лан, который учился этому с самого детства, умирал со смеху, глядя, как мы с Эль выписываем ногами эльфийские вензеля. Дни шли за днями, и вроде бы стало получаться. По крайней мере Лан, кружащийся в танце с Эль, или я с лэдой Ровенной, уже не вызывали приступов неконтролируемого смеха у обоих Владык, наблюдавших за нашими занятиями.
