Корин, вполне себе освоившийся в эльфийском дворце, и даже снискавший себе славу непревзойденного мечника, умудрившись на тренировочном занятии выбить меч из рук самого Владыки Алла'ателя, продолжал методично выбивать из нас пыль, как из ковриков. Впрочем, это умение было нам действительно необходимо, и мы не возражали.
Когда у нас выдавалась свободная минутка между занятиями, мы выбирались в Авентарион. У нас даже появилось любимое местечко в столице — тенистая аллея Зеленых лип, на которой стояли резные деревянные скамьи, обрамленные тончайшим кружевом ажурной ковки.
— Здесь бесподобно дышится, — Эль сидела между нами, подтянув колени к подбородку. — Такое умиротворение.
— А я успел соскучиться по дождю, — сказал я. — Очень люблю смотреть в окно, когда он идет, и пить теплый травяной настой, завернувшись в теплое покрывало.
— В столице дождя не бывает, — сказал Лан и вздохнул, — но думаю, нам этого добра хватит с избытком, едва мы выедем за пределы города. Падзерник уже подходит к концу, послезавтра начинается Грудень. А значит, нас ждет ледяной дождь, ветер, снегопады и метели. Причем умножьте это все как минимум на два, потому что идти мы будем по горам.
— Там холоднее? — спросила я.
— Намного, — Лан поежился, — чем выше будем забираться, тем сильнее будет холод.
— У нас же есть одежда, — не согласился я, — та, которую мы покупали в Сидоне. Чем она не устраивает?
— Мы собирались ехать под человеческими мороками, помнишь? — усмехнулся Лан. — А теперь, мы поедем под эльфийским обличиями. Как ты думаешь, эльфы наденут на себя человеческую одежду? Какой бы теплой она не была.
— Значит, нам надо ее купить, — сказала Эль.
— Не стоит, — помотал головой Лан, — думаю, что для нас уже все давным-давно приготовлено и собрано. Единственно, может отобрать какие-то книги, и пересмотреть те, что мы везли с собой. Теперь из них многое не понадобиться, языки то вы уже выучили. Но, может, найдем что-то другое, более необходимое.
За завтраком, Алла'атель объявил, что сегодня наш последний день в Авентарионе, и завтра мы трогаемся в путь. На сегодняшний вечер назначен бал, на котором нам в обязательном порядке надлежит присутствовать. Особенно порадовало нас то, что все занятия на сегодня отменили, приказав нам, как следует подготовиться к празднику.
Мы и подготовились. Сначала мы зависли в двух огромных купальнях. Нам было весело, потому что мы были вдвоем, а вот Эль явно заскучала в одиночестве. Потом мы попали в плен к очаровательным эльфийкам, которые половину дня убили на то, чтобы как следует нас намазать, накрасить, помассажировать, причесать, завить и прочим штучкам из их богатого арсенала.
В наших покоях нас уже ждали наряды. Два изумительных камзола из тяжелого эльфийского бархата, светло-коричневый для меня и светло-зеленый для Лана, и ослепительной красоты платье для Эль. Теперь я воочию убедился в правдивости слов Лана о том, что эльфы не признают переизбытка украшений. Пара колец на руках, возможна тонкая цепь на шее, украшенная медальоном. Представители правящих Домов на головах носили тонкие обручи из серебристого металла, настолько ажурные, что казалось, будто они сотканы из паутины. У Алла'ателя в обруч был вставлен синий камень размером в два пальца, у Лана — зеленый. У Аннуминаса и Ровенны глубокого черного цвета, а у Эль золотистый. Платье Эль было под стать обручу — синего цвета с золотистыми вставками. Надев его, казалось, она повзрослела сразу на несколько лет. Лан, увидев ее, как-то занервничал, и прилип к ней еще больше, чем раньше. Ревнует что ли?
Зал приемов в эльфийском дворце, был меньше размером, чем мой, но казался намного просторнее и светлее. Огромные окна без стекол, были увиты декоративными розами, цветущими круглый год. От них исходил неповторимый аромат свежести. Эльфы, присутствующие на балу были элегантны и невесомы. Никакого запаха пота и тяжелых духов, чтобы перебить этот аромат, как у людей. Эльфы пахли лесом, дождем и цветами, свежескошенной травой и летом.
И сам бал происходил совсем не так как у людей. В моей Империи было принято, что только мужчина имеет право пригласить даму на танец. Остальные стояли вдоль стен в ожидании чуда. А здесь это не имело совершенно никакого значения. Парни приглашали девушек, и девушки парней. Причем все это происходило с подобающей им воздушной легкостью. Пары кружились в танце, и создавалось впечатление, что они летают над полом, настолько легки и непринужденны были их движения.
