— Доченька, я отпускаю вас с тяжелым сердцем. Схемы, про которые мы говорили, ты постарайся вспомнить как можно тщательней, дядька твой должен тебе помочь, у него память отличнейшая, была, по крайней мере. Эх, ты не представляешь, как бы я хотела поехать с вами! Еще раз вдохнуть воздух Турска, искупаться в озере… Но каждому из нас Семерка начертала свой путь и не свернуть, не повернуть. Берегите друг друга. Кир, слушайся маму. Я не могу прощаться с вами дольше. Благословляю вас именем одной из семерых, сестры Виты и призываю вам легкие дороги.
Надеюсь, что мы еще увидимся.
Обняла обоих крепко, постояли немного, отвернулась и пошла, не оглядываясь.
Лишь плечи, покрытые серой тканью, чуть заметно подрагивали от сдерживаемых слез.
Путники влезли в повозку, подаренную кланом Повитух, и тронулись в путь.
Повозка была хорошенько загружена всем, что могло пригодиться в пути. Лентина скромничать не стала и брала все, что считала нужным для путешествия. Заехали в «Приют разбитых сердец», быстро забрали свои скромные пожитки и отправились.
Бричку, которую купили до этого, вернули хозяину, выкупив кольцо. У Кира, хорошо отдохнувшего за вчерашний день, пропали темные круги вокруг глаз, да и Лентина могла теперь немного расслабиться. Выехали за городские ворота безо всяких проволочек и покатили в сторону Турска. На ходу Лентина соорудила скромный завтрак, который они быстро прикончили. Их будущее, которое так пугало, сейчас отодвинулось на неопределенный срок, и перестало казаться таким страшным.
А тем временем в другой части Мира происходили странные вещи. В родовой замок де Мааров вернулась хозяйка, Вита де Маар. Но вернулась одна, без кареты и своей свиты. Объясняя, что в дороге на них напали разбойники и всех убили, а ей удалось убежать. Но выглядела при этом так, словно только что вышла из своей опочивальни — свежая, отдохнувшая и, как никогда, молодая и прекрасная. Да и откуда в центре Мира разбойники? Лишь одежда свидетельствовала о путешествии — платье порвано в клочья, ноги босы и изрезаны. Набежавшие к госпоже служанки были встречены благосклонно. Дама Вита закрылась с ними в своих покоях. Вышла через недолгое время, еще более прекрасная и посвежевшая. А служанки не вышли.
Так, через довольно непродолжительное время в замке де Мааров исчезли все обитатели, кроме госпожи, так и не попавшей в Блангорру к мужу. Умные да быстрые пошептавшись, сбежали, а остальные попросту исчезли в покоях благородной повитухи, в жизни не принявшей от роженицы ни одного ребенка.
Заканчивался сезон ветров, на смену ему собирался сезон дождей. Уже и темные тяжелые тучи собирались со всех сторон, окружая светлые островки неба и заслоняя светила. В одно темное утро, когда небо оказалось затянутым сизой пеленой, и кое-где уже начинали погромыхивать раскаты отдаленного грома, Вита проснулась с уверенностью, что она больше не одна в замке. Хотя несколько дней до этого приходилось самой спускаться и искать еду. Сколько дней — она не помнила, закаты и рассветы слились в одно сплошное пятно. Ее не удивляло внезапное запустение замка, хотя кто и куда исчез — она не знала, да и знать не хотела.
Болезненность превращений отмечала лишь ее дни и ночи. Иногда Вита просыпалась в человеческом обличье, а иногда открывала глаза, умостившись на камнях замковой площади, с трудом выпрастывая рогатую голову из-под крыла.
Сегодня она проснулась в постели — смятой, простыни давно уже потеряли белизну и свежесть. Выглянув в окно, увидала, что по внутреннему дворику, такому ухоженному прежде, а ныне начавшему зарастать сорными травами от бесхозности, разгуливает нечто громадное, похожее на косматое туманное облако с крыльями, ища поживы. Что-то шепнуло в уши, что зовут это нечто Вальтером. Вита, как была, обнаженная, спустилась по лестнице во двор. В последнее время она не утруждала себя такими условностями, как одежда и все такое прочее. Зачем? Холода и ветра она теперь не ощущала. То, что она ела раньше, потеряло всякий вкус и привлекательность — сейчас Вите всегда хотелось только одного — мяса, свежего, еще теплого, с которого медленно скапывает кровь. Голод утоляла всем, что попадалось — когда приходила пора перекусить, госпожа, если на тот момент у нее не было крыльев и рогатой головушки, накидывала на себя что-нибудь и шла на ближайшую дорогу. Там обязательно находила себе пропитание: крестьяне были глупы и до сих пор ездили по дороге, что проходила рядом с замком. В одинокой женской фигуре они не видели угрозы, останавливаясь на ее просьбы о помощи. Больше их никто не видел, лишь телега или повозка оставались на дороге, и обглоданные дочиста кости валялись неподалеку.
