бизнеса и социально-экономического микроклимата в регионах. Ведь сегодня люди едут в
поисках работы либо на запад Казахстана, либо в Алматы и Астану. Миграционный поток
рождает существенное количество социальных проблем, оказывает огромное давление на
жилищно-коммунальную инфраструктуру обеих столиц.
– Какие преимущества будут иметь региональные банки перед уже существующими в каждом
регионе филиалами республиканских банков?
– Главное преимущество регионального банка перед филиалом крупного финансового
института – лучшее знание местного рынка, бизнеса, специфики и перспектив развития. Не та к
давно я был в городе Текели Алматинской области. Так вот он очень нуждается в
финансировании, но крупные банки кредитуют местные проекты крайне неохотно, несмотря на
лимиты ответственности, имеющиеся у филиалов. Это происходит потому, что банк со штаб-
квартирой в Алматы не может достичь полного погружения в местные проблемы.
Мне кажется, что если бы предприниматели в том или ином регионе вложили бы деньги в
создание местного финансового института, эти инвестиции начали бы работать, появились бы
новые рабочие места, повысился бы уровень благосостояния населения. Ни один иностра нный
банк с низкими ставками туда не пойдет, а Казахстан – это не только Астана, Алматы и
нефтеносный западный регион. Кстати, эта идея полностью соответствует доктрине, изложенной
в последнем послании главы государства народу, согласно которой именно регионы должны
стать новыми точками роста экономики. Не случайно ведь было создано министерство
регионального развития, о высоком статусе которого говорит тот факт, что его возглавляет
первый заместитель премьер-министра.
– Что для этого нужно от государства?
– Я считаю, что в случае законодательного разделения банков на республиканские и
региональные был бы смысл снизить стоимость лицензии для них, например, с 60 миллионов
долларов до 10 миллионов, но при этом ограничить работу этого банка пределами одной
области. При обсуждении этого вопроса часто возникают отсылки к опыту создания
микрокредитных организаций (МКО), которые могли бы взять на себя функцию кредитования
небольших бизнес-проектов в регионах. Однако сравнение, на мой взгляд, не совсем корректно,
потому что МКО подпадают не под такое жесткое регулирование, как банки, а во-вторых, они
менее интересны для бизнесменов, потому что не могут работать с деньгами населения и не
имеют мультипликатора. К слову говоря, к надзору за деятельностью региональных банков
можно было бы привлечь областные управления Национального банка.
Мы, конечно, помним, что в 1990-е годы была проделана большая работа по сокращению
числа мелких банков. Но мы должны понимать, что степень развития экономики, а также
уровень внешних вызовов и угроз сегодня не такой, как тот, что стоял перед страной в те годы.
Этот вопрос тесно связан с проблемой моногородов, неоднократно обсуждавшейся на самом
высоком уровне. Принято считать, что закрытие градообразующих предприятий в таких
населенных пунктах должно хотя бы частично компенсировать малый и средний бизнес. На мой
взгляд, именно региональные банки могли бы давать толчок развитию предпринимательства в
отдаленных районах.
– Груз неработающих активов является одним из барьеров, препятствующих развитию
банковской системы. Как вы считаете, когда можно ожидать решения этой проблемы?
– Надо констатировать, что сегодня в Казахстане созданы все условия для того, чтобы банки
могли почистить свои балансы и продолжить движение вперед. Это и освобождение банков от
налогообложения при списании безнадежных займов, и создание фонда стрессовых активов
Национальным банком, а также создание законодательной возможности банкам передавать
свой плохой портфель в управление дочерним структурам специального назначения.
Вместе с тем хотелось бы отметить, что перспектива решения проблемы токсичных активов
заключается не только в работе над ошибками, но и в дальнейшем движении вперед. Экономика
Казахстана сегодня очень сильно недофинансирована банками. На пике экономического роста
совокупные банковские активы достигали почти 100 процентов ВВП страны, тогда как сегодня
они упали до уровня порядка 46%. Если говорить утрированно, то сегодня экономика чуть более
чем наполовину финансируется за счет государственных и квазигосударственных денег. А банки
в свою очередь лишь менее чем наполовину выполняют свою главную функцию – кредитование
реального сектора экономики. Это тревожная тенденция. Этот же показатель в России составляет
порядка 80%. Поэтому перед нами сегодня стоит задача если не вернуть этот показатель до
докризисного уровня, то хотя бы довести его до 70-75%. Иначе ни о какой диверсификации
страны в 5-10-летнем горизонте и речи быть не может.
Именно появление новых клиентов, рост нового кредитования естественным путем сократит
долю неработающих займов. Если же заниматься только «работой над ошибками», то их груз
