похоронит всю банковскую систему.
– Выше вы отмечали, что за новыми клиентами банки должны идти в регионы. Где еще в ы
видите потенциал для роста банковского бизнеса?
– В условиях создания Евразийского экономического союза я являюсь последовательным
сторонником того, чтобы казахстанские банки активнее двигались в направлении России.
Убежден, что у ведущих казахстанских игроков есть все возможности, чтобы преуспеть на
соседнем рынке.
Широко распространенный миф о том, что «скоро придут российские банки и завалят
Казахстан дешевыми деньгами», имеет под собой эмоциональную, а не рациональную основу.
Это всего лишь проекция страха, что при сближении с более крупной экономикой наша окажется
в роли зависимого «младшего брата».
Давайте обратимся к цифрам: наводнить дешевыми кредитами может только та банковская
система, стоимость денег в которой ниже. По макроэкономическим показателям в этом случае
нужно смотреть на ставку рефинансирования национальных банков – на данный момент
разница составляет 2,75 процентных пункта (8,25% в России против 5,5% в Казахстане), и такая
разница с небольшими отклонениями сохранялась весь прошлый год. Уже только эти цифры
наводят на мысль, что тяжело предлагать более дешевые деньги, если они в стране изначально
дороже. Другими индикаторами дешевизны кредита являются ставки привлечения вкладов
населения. И тут средние российские ставки привлечения банками денег выше казахстанских –
10% в рублях в России против 9% в тенге в Казахстане, если оперировать «потолками» для
ставок, установленными уполномоченными организациями.
Как видно из рыночных индикаторов, повода для опасений нет, и сближение финансовых
рынков Казахстана и России просто физически не может означать, что нас «завалят дешевыми
кредитами» – свои деньги у нас дешевле. Таким образом, я возвращаюсь к мысли о том, что
нужно не ждать вторжений в банковскую систему извне, а подумать над тем, чтобы организовать
успешную экспансию на рынки России.
– Вы являетесь сторонником создания Е вразийского экономического союза. Однако
статистика свидетельствует, что после создания Таможенного союза Казахстан с тал больше
импортировать из стран-партнеров, а экспорт в них, н аоборот, снизился. Выходит, что
республика пока больше теряет, чем приобретает от этого интеграционного процесса?
– Эта тенденция имела бы место вне зависимости от того, создавали бы мы Евразийский
экономический союз или нет. Рост несырьевого экспорта возможен лишь в случае развития
реального сектора экономики, появления мощного класса МСБ, усиления экономической мощи
регионов. Да, к сожалению, сегодня мы констатируем, что казахстанский бизнес пока не может
конкурировать с российским по многим отраслям, но это же не проблема Таможенно го союза,
это проблема казахстанского бизнеса. Может быть, теперь, когда у казахстанского бизнеса
появилась реальная возможность пойти в Россию, он начнет создавать предприятия на
сопредельных территориях. Это в свою очередь приведет к появлению новых клиентов в
портфелях казахстанских банков. Хочешь жить в 21 веке? Умей жить по правилам 21 века в
условиях отсутствия каких бы то ни было барьеров. И пытаться спрятаться за протекционистской
политикой своего государства, наверное, соблазнительно, но в среднесрочной перспективе эта
практика не имеет будущего. Мы сами должны уметь соответствовать новым требованиям
мировой экономики 21 века, если мы видим Казахстан на мировой экономической, культурной
и политической карте мира.
Я часто слышу тезис о том, что «Казахстан только встал на путь, по которому Европа идет уже
много лет, и что лет через 50 мы догоним развитые страны». Хочется спросить, а разве
европейские страны будут нас ждать эти 50 лет? Такого не будет. Единственный шанс – идти
быстрее.
– Будучи экономистом, придерживающимся либеральных взглядов, как в ы оцениваете
решение о создании единого накопительного пенсионного фонда?
– Эта ситуация на самом деле неоднозначная. Когда говорят, что создание единого НПФ
лишает нас той же свободы выбора, которую мы имеем, например, при выборе банка и
открытии депозита, происходит подмена понятий. Логика ясна, но между депозитами и
отчислениями в НПФ есть одна очень существенная разница. Ведь когда мы говорим о
депозитах, мы говорим о добровольном принятии решений, когда мы вольны выбирать банк,
условия вклада, можем в любой момент снять деньги и использовать их по своему усмотрению. А
когда речь идет о пенсионных деньгах, то право собственности на часть из них наступит в
момент достижения пенсионного возраста. Надо понимать, что эти отчисления, которые в фонд
перечисляет работодатель, имеют природу, аналогичную налогам, и являются обязательными.
Кроме того, когда многие пенсионные фонды утверждают, что они боролись за вкладчиков,
это не всегда и не совсем так. Работа по привлечению вкладчиков зачастую велась с первым
