Позади Николаса выросла тень, ласково обвившая его руками и прислонившаяся щекой к его макушке. Рейна, чьи длинные темные волосы трепетали столь плавно, будто были лоскутами шелка, попавшими под легкий ветер, широко улыбалась.
– Здравствуй, Гилберт! – громко поприветствовала она, мягко проводя пальцами по волосам Николаса. – Ты соскучился?
Гилберту хватило ума подавить ярость и склонить голову вместе с остальными. Даже если Рейна явно благоволила демонице, он не мог не проявить уважения к сакрификиуму или позволить ей думать, что проще убить его, чем пытаться договориться.
– Я тут решила, что было бы неплохо немного изменить мои планы, – продолжила Рейна, еще крепче обняв Николаса. – И я хочу, чтобы ты позаботился об этих малышах.
Гилберт не успел даже рта открыть: в ноздри ударил знакомый запах, и секунды спустя рядом с ним остановилась Сонал. Уннер хотела выйти вперед и прикрыть ее собой, но принцесса остановила служанку поднятой рукой, после чего искоса посмотрела на великана и сказала:
– Не думала, что у вас столь необычные знакомые, Ваше Величество. – Она впервые обратилась к нему столь официально, но Гилберт хорошо распознал в ее голосе издевательские нотки. – Свет Арраны, Ваше Величество. Помните о Свете Арраны.
Помнить о справедливом суде или о даре, благодаря которому представители рода Арраны всегда знали, где скрыта правда? Помнить о том, что Рейна – высшее существо, обращающая свой взор лишь на достойных, или о том, как они обнаружили демоницу у тела господина Илира?
Гилберт запутался. Он устал настолько, что хотел пустить все на самотек, позволить кому-нибудь другому принять столь важное решение, а самому лишь наблюдать за последствиями. Но с демоницей все еще следовало разобраться, и Гилберт не был намерен подставлять кого-либо под удар, даже если его малодушная сущность желала спрятаться.
Он протянул руку к Рокси и забрал у нее подаренный кинжал. Лезвие вспороло кожу на левой ладони Гилберта. Синяя кровь брызнула, полилась на песок и сразу же привлекла внимание демоницы.
– Умный мальчик, – похвалила Рейна и исчезла, растворившись в фиолетовом дыме.
– Я предлагаю клятву на крови, – произнес Гилберт громко. – Ты не сможешь навредить никому в этом доме так же, как я или кто-либо другой не сможет навредить тебе.
Краем глаза Гилберт заметил, как Сонал улыбнулась. Либо Свет Арраны подсказывал ей правильное решение, либо ей просто нравилось смотреть, как Гилберт унижается перед демоницей.
– Клятва на крови, значит, – наконец произнесла демоница, продолжая улыбаться. – Что ж, очень интересное предложение. Он часто говорил, что ты умен. Я принимаю эту клятву. Ни ты, ни люди, что живут или находятся в этом доме, не навредят мне так же, как я не наврежу им, верно?
– Верно.
Гилберта едва не скрутило от этих слов, но он знал, что сделает все возможное, чтобы одновременно и соблюсти эту клятву, и нарушить ее.
Траур закончился, но Гривелли и Сулис не нашли убийцу отца. Джулиан знал, что дело сложное, но часть его была зла и разочарована. Рано или поздно, но его коронуют, и Сибил, помогавшая удерживать ситуацию под контролем, вновь станет советницей, а не его правой рукой, регулировавшей все вопросы наравне с ним.
Она и сейчас была рядом: стояла за спинкой кресла и слушала отчет Себастьяна. Сам Джулиан почти не вслушивался, в самом начале поняв, что Гривелли и Сулис выследили сильный хаос, и теперь все его мысли сосредоточились только на этой информации.
– И вы уверены, что Диего предоставил верный перевод? – спросила Сибил, когда Себастьян лишь на секунду остановился.
– Да, – ответила вместо искателя Зельда, – я проверила его.
– Перевод или Диего?
– Диего, разумеется. Откуда мне знать язык демонов? – возмущенно пробормотала эльфийка, сморщив нос.
Себастьян продолжил отчет с невозмутимым видом, будто этой заминки и не было. Джулиан крутил одно из колец, пустым взглядом смотря перед собой, и пытался понять, с чем именно они столкнулись.
Зельда высказала предположение, что за убийством короля Джевела стоят те же люди или демоны, которые впоследствии убили господина Илира и наследницу фей Ровену.
Врагов среди людей у коалиции было не так много, практически всех, кроме Махатса и еще нескольких личностей, им удалось отыскать. Демоны же никогда не отличались единым стилем, даже ноктисы из одной стаи могли убивать по-разному. Однако убийца определенно знал, как заставить их искать ответы как можно дольше. Дети Фасанвест могли прочитать судьбу даже в глазах мертвых, но глаза короля Джевела были вырваны, а тело изломано и искалечено так, что даже самым опытным магам и целителям не удалось определить, какая из ран была нанесена первой или последней.
Короля Джевела истязали, как животное, и никто не узнал об этом до самого последнего момента.
