– Видишь ли, – осторожно начал он, – я тебе кое-что не сказал. Мне всегда нравилось спать одному, потому что так было удобнее. Но в последнее время… Т-то есть, я хочу сказать…
Он нахмурился, явно недовольный тем, что запнулся, и закончил:
– Как мы уже выяснили, ты заставляешь меня хотеть того, до чего раньше мне не было дела.
Учитывая, что в прошлом у него уже были отношения – факт, который Эля приняла, глядя, как были счастливы Зоя и Андрей, – это была неожиданная новость. Но она полагала, что они с Сашей придерживались одного мнения: сон требовал еще больше доверия, чем все прочие занятия в спальне.
– У меня заведен будильник на полвосьмого, – заметила она.
– Я все равно начинаю просыпаться примерно в то же время. Без тебя в квартире словно становится пусто. Это буквально чувствуется в воздухе.
– Ты уверен, что не слышишь, как я собираюсь?
– По утрам ты как мышка, даже дверь закрываешь бесшумно. Послушай, – Саша вернулся к первоначальной теме разговора, – я ни на что не намекаю. Поспим вместе одну ночь и, если нам обоим будет комфортно, будем делать так постоянно. Я бы хотел попробовать, – добавил он, открыто глядя ей в глаза.
Его рука крепко сжимала ее, но Эля знала, что, если попытается отстраниться, он сразу ее отпустит. С момента их первого поцелуя Саша неоднократно давал понять, что не станет делать ничего, к чему она не готова. И, учитывая ее неопытность, попробовать поспать в одной кровати казалось отличной идеей.
– Хорошо, – согласилась она. – Но неужели у тебя даже не было плюшевой игрушки, с которой ты любил спать?
– Когда мне было шесть, медвежонок переехал на кресло.
– А я всегда спала с игрушками.
Саша фыркнул.
– Если хочешь взять с собой ворона, я не стану возражать.
Позже, захватив заодно подушку и одеяло, Эля вернулась в его комнату. Саша всегда спал по центру широкой кровати с кожаной спинкой, но теперь сдвинулся влево, чтобы освободить ей место. В отличие от ее комнаты, серо-синей, в его спальне преобладали бежевые оттенки, согретые желтым светом настольных ламп. Как и в других комнатах, семейные фотографии здесь отсутствовали. И, хотя ее подарки и фигурки Дракулы и Брэма Стокера стояли на своих местах, Эля нигде не увидела ту самую фотографию, которая помогла им встретиться в феврале.
Пока он дочитывал распечатанные письма с электронной почты, она посадила ворона на прикроватную тумбочку и положила рядом телефон. Потом разложила постель и нырнула под одеяло, повернувшись лицом к Саше. Рядом с его серым постельным бельем цветы на ее наволочке и пододеяльнике смотрелись почти забавно. Сразу вспоминались картинки из Интернета, где сравнивали полные противоположности.
– Ты всегда так долго работаешь? – спросила она.
– Иногда приходится. Но формально я не нарушаю запрет врачей и не сижу за компьютером. Эсмеральда, пометь письмо, которое пришло мне в семнадцать сорок, как срочное, – велел он. – Я вернусь к нему завтра первым делом. Ты молодец. Отдыхай на сегодня.
– Спасибо, Александр. Спокойной ночи.
– Как мило, – заметила Эля. – Ты всегда так с ней прощаешься?
– Я люблю своего ассистента, – сказал Саша, откладывая бумаги и опускаясь на подушку. Они улыбнулись друг другу, и Эля почувствовала, как последние остатки волнения исчезают.
– Удобно?
– Очень.
– Тогда точно оставайся со мной.
– Вдруг ты все-таки храпишь или машешь руками во сне? – поддразнила она.
– Я разрешаю тебе толкнуть меня. Или ударить подушкой. А если вдруг храпишь ты, то я потерплю.
– Ты очень галантный.
Скользнув рукой под одеяло, Саша обхватил ее за талию и рывком притянул ближе к себе.
– Только с тобой.
Когда он отстранился, на губах Эли остался вкус мятной зубной пасты. То, что на этот раз они лежали в одной кровати, сделало ощущения более яркими, чем обычно, но, как он и говорил, дальше их ждал просто сон.
– Спокойной ночи.
Он потянулся выключить лампу, и комната погрузилась в темноту. Затем Эля почувствовала короткий поцелуй в кончик носа и хихикнула. Она изо всех сил цеплялась за этот момент, когда могла лишь слышать его дыхание и ощущать тепло тела совсем рядом, но незаметно для себя погрузилась в сон.
В этом была и прелесть, и недостаток того, чтобы проводить ночь с родственной душой в первый раз: сон был настолько спокойным и крепким, что пролетал как один миг. Эля не помнила, когда в последний раз спала так хорошо, и недовольно нахмурилась при звуке будильника. Она чувствовала, как поднималась и опускалась ее рука в такт чужому тихому дыханию, и что прижималась всем телом к чему-то теплому. Пришлось отпустить его и нащупать телефон, чтобы отключить будильник. Только тогда она открыла глаза.
Во сне она обнимала Сашу со спины, и ее рука всего несколько секунд назад лежала у него на плече. Он тоже зашевелился и, шумно вздохнув в подушку, оглянулся на Элю.
– Уже?
– Спи. Я зайду к тебе перед уходом, – тихо сказала она.
– Я скоро возвращаюсь в офис на полную неделю, так что пора привыкать вставать раньше. Итак…
Повернувшись, он приподнялся на локте и выразительно посмотрел на нее – насколько это было возможно спустя несколько секунд после пробуждения.
– Итак?
