Они долго спорили насчет украшений, пользуясь помощью Эсмеральды, с которой не без интереса обсудили виды драгоценных камней. Саша предлагал варианты от известных брендов с ценой, большая часть которой приходилась именно на их известность. Но Эля не хотела испытывать страх всякий раз, когда прикасалась к своему украшению, стоившему больше, чем она могла заработать за год. Даже месяцы работы в «Марионе» не избавили ее от этого. В конце концов им удалось прийти к компромиссу, и Саша оплатил украшения, запретив ей возражать.
Элю тревожило только одно: Софья. Мать Саши не знала об изменениях в их отношениях, и можно было только гадать, как она отнесется к украшению того самого, розового цвета на шее родственной души ее сына. С одной стороны, ей хотелось, чтобы они с Сашей наконец-то поговорили и помирились, с другой – понимала его обиду на мать. До тети Ники ей было далеко, но Эля лучше, чем кто-либо, знала, каково это – жить без внимания со стороны самых близких людей. Будет ли Софья ждать от Эли помощи в налаживании их отношений? Этого она пока не знала, и предстоявший ей объем работы оставлял мало времени на раздумья.
В сентябре Софья и Эмилия отправлялись на выставку в Италию, а после должно было пройти торжественное открытие флагманского бутика «Мариона» в ГУМе, приуроченное к поступлению новой коллекции в продажу. Эля знала, что Зоя сбилась с ног, занимаясь составлением списка гостей и планированием развлекательной программы и интервью. Сама она была занята сбором отчетов и распределяла встречи и совещания таким образом, чтобы у Софьи оставалось время не только на просмотр стопок новых документов, но и еду и сон. Из-за юридических тяжб по поводу не состоявшегося в феврале сотрудничества у них с финансовым директором до сих пор были непростые отношения.
Ближе к вечеру Софья позвала Элю к себе в кабинет и удивила вопросом:
– Саша хотел бы пойти на наше мероприятие в ГУМ?
– Мы это не обсуждали, – честно ответила она. Ей даже не нужно было бы спрашивать его, чтобы узнать, что ответ был бы отрицательным.
– С Эмилией уже связалась ассистентка Колесникова. Она просит, чтобы его и его новую пассию внесли в список гостей. Вот уж не подумала бы, что он поклонник поп-музыки. А поскольку Саша всегда следует за ним, я решила, что тоже смогу его там увидеть. Вдруг он сделал бы исключение ради любимого начальника.
Эля покачала головой, и Софья невесело рассмеялась.
– Или ради своей родственной души. Хотя бы у вас с ним все в порядке? Я знаю, вы иногда встречаетесь.
– Да. Но он ведь все равно не любит подобные мероприятия.
– И правда совсем не изменился, – снисходительно заметила она. – Работать ему там и правда было бы слишком шумно.
– Почему вы все еще хотите, чтобы он изменился? – не выдержав, спросила Эля. Они впервые заговорили о Саше со времен того злополучного ужина. – Может быть, его образ жизни не отвечает вашим ожиданиям, но это не значит, что он живет неправильно.
Софья замерла, явно не ожидав такого поворота в разговоре.
– Я всего лишь верю, что его жизнь могла бы стать еще лучше. Не знаю, что тебе известно о его руководителе, – ответила она, – но он нехорошо влияет на Сашу. Тот воспринимает его как друга и наставника, но…
– Он поддержал проект Альды, когда Саша в этом очень нуждался.
Впервые Эля осмелилась перебить Софью, и, судя по взгляду, ту это задело.
– Ты, конечно, не помнишь девяностые годы, – сухо произнесла она, – а вот я помню. Жизни многих людей оказались разрушены, а то, что раньше чего-то стоило, оказалось ненужным хламом. И, если ты хотел, чтобы твоему ребенку завтра было что есть и где жить, нельзя было сидеть на одном месте ровно. Я нечасто бывала дома, зато мы жили в безопасности и достатке. Саша ходил в хорошую школу, у него было много одежды и собственный компьютер, с которого, можно сказать, и началась его карьера. Я поддерживала его так, как могла, и устала это доказывать. Если он и дальше хочет обижаться на меня, то я ничего не могу поделать. Хорошо, что это не мешает ему в работе, хотя в компаньоны он мог найти более достойного человека, а не сторонника нейроблокаторов и жестких методов управления.
– Это не умаляет его достижений, – мягко возразила Эля. – Разве вы не гордитесь тем, чего он добился?
– Мне прекрасно известно об успехах Альды. А Саша тоже читает новости и понимает, почему я всегда работала так много. Я поняла, что в ГУМ он не придет. Спасибо.
