– Тебе причинили боль? – я снова ничего не ответила. – Кира, не молчи, – брюнетка села передо мной на корточки.
Ее глаза полны тревоги, а я… Я не могу смотреть ей в глаза. Не могу. Это все из-за меня. Внутри все жжет кислотой. Я не могу дышать.
– Прости… Прости меня, – всхлипываю я.
Эсмира падает на колени и крепко обнимает меня. Я цепляюсь за нее. Сейчас почувствовать человеческое тепло, знать, что ты не одна – дорогого стоит.
– Эй, все хорошо, тебе не за что просить прощения, – гладит по спине.
А меня душит, тянет на дно вина. Я понимаю, что она это говорит только для того, чтобы я почувствовала себя лучше. Сдаваться нельзя.
– Думаешь, нас уже ищут? Саша же остался, – вытираю слезы, мы перебираемся на койку. – Он скажет Мирану, что мы пропали, – произношу я.
Эсми вздыхает и смотрит с грустью.
– Саша… Они его убили. Как и моего охранника. Я даже не знаю, сколько прошло времени и сколько мы находимся здесь. Уверена, что отец и братья уже ищут нас. Но… Они забрали все вещи, сняли бижутерию и отобрали тревожные кнопки. Легче найти иголку в стоге сена, чем нас.
Слова Эсмиры совсем не успокоили. Наоборот… Но если мы живы, значит, им это надо, правильно? У нас есть крошечный шанс спастись. О Саше и обо всех, кто пострадал по моей вине, я буду думать потом. Сейчас нужно думать о другом.
– Я ничего не понимаю. Зачем Карина все это сделала…
– Она змея. Надо было ее пристрелить как бешеную собаку, а не отпускать, – зло сказала Эсмира.
Я с удивлением посмотрела на нее. Никогда не замечала в ней кровожадности. А еще я была поражена тем, как она себя ведет. Мне кажется, что Эсмира совсем не волнуется. Внешне она такая спокойная.
– Отпускать? Ты хочешь сказать, что Миран хотел ее… Убить?
– Кира… Скажем так: Карина не тот человек, который заслуживает милосердия… Да, Карина дура и за ней стоят настоящие враги. А еще я точно знаю, что Миран не тот, кто идет на поводу у эмоций, поэтому… – она не закончила предложения, выжидающе посмотрела на меня.
А у меня в мозгу забегали шестеренки.
– Ты хочешь сказать, что Миран специально оставил ее в живых? Он предполагал, что такое может случиться? Если оставит Карину в живых, то рано или поздно она приведет его к тем, кто за всем стоит?
Я была в шоке. Неужели такое может быть? Сколько нужно веры и хладнокровия, чтобы поставить на этот вариант. Но Эсмира права: Миран никогда ничего не делает просто так. У него всегда есть пара-тройка вариантов в запасе. Значит, за нами скоро придут? Поэтому Эсмира такая спокойная? Миран что, злой гений?
– Я ничего не говорю, – тихо произносит. – Но неужели ты думаешь, что он отпустил бы тебя в твоем положении только с одним охранником?
Я тяжело сглатываю. Потому что я понимаю, что тогда получается, он целенаправленно пожертвовал Сашей… Своим другом. Ради меня.
Дальше разговор не клеится. Мы замолкаем и каждая думаем о своем. Конечно, мысли наши пересекаются, мы думаем о том, когда мы отсюда выберемся.
Я не знаю, сколько прошло времени, но пить хотелось жутко, горло начало драть и начался приступ сухого кашля. Мы здесь уже часов шесть, не меньше. Мы по очереди разминали ноги и ходили по комнате. Еще немного, и сойдем с ума. Все уже не казалось таким радужным, как изначально.
Если честно, то я вообще не могла понять, что такое происходит в реальной жизни. Похищения, убийства, пытки, коварные планы. Зачем? Для чего? Все ради денег и власти! Но неужели это того стоит?.. Наверное, я никогда не пойму, потому что всегда жила самой обычной жизнью, у нас никогда не было лишних денег даже тогда, когда родители были живы. Наверное, склад ума другой, желания разные. Естественно, я мечтала о том, чтобы разбогатеть, но никогда не думала, что деньги могут быть кровавые… Такая наивная дурочка.
Мы с Эсмирой сидели, прижавшись друг к другу, когда дверь в нашу «темницу» открылась. Внутрь зашла пара конвоиров.
– Выходите.
Мы встали и последовали за мужчинами. Мы договорились, что не будем сопротивляться. Это бессмысленно. Только лишь разозлим ублюдков, а там мало ли, что они сделают. Лучше подчиняться, как бы ни хотелось обратного.
Мы с девушкой взялись за руки и покорно шли за провожатыми. Я пыталась запоминать дорогу. Кажется, что это одноэтажное строение, а мы были в подвале. По ощущением – большое здание. Я считала повороты, старалась отпечатать все это на подкорке мозга.
Тот, кто шел впереди, остановился у двери и открыл ее. Урод, который был сзади, грубо пихнул нас в спины. Мы перешагнули порог.
Сердце колотилось на износ, кровь шумела в ушах, меня так сильно трясло, что начали стучать зубы. Эсмира схватила меня за руку крепче. Я выдохнула и огляделась вокруг.
Нас привели в какую-то огромную комнату, точнее… Столовую. Здесь стоял огромный накрытый стол, а в его главе – неизвестный мужчина.
– Добро пожаловать, присаживайтесь, – улыбнулся незнакомец.
Нас снова грубо схватили и буквально швырнули на стулья. Напротив меня сидела Карина и в отвращении кривила губы. Я вообще ничего не понимаю, что происходит?
– Меня зовут Брахим Рзаев, вдруг вы не знаете. А теперь давайте поужинаем.
