– Зачем? Они должны страдать! Одна из них все равно сегодня сдохнет, – злобно сказала Карина.
Брахим сузил глаза и кивнул одному из охранников. Тот подошел к Карине, схватил ее за голову и кулаком ударил в лицо. Я ахнула от ужаса и схватилась за стул.
– Никогда не смей открывать свой рот в таком тоне. Я делаю все, что хочу, а ты должна сидеть как интерьер и не отсвечивать, – он перевел свой взгляд на нас. – Перед смертью можно и вкусно поесть, правда? Приятного аппетита, девушки.
Мужчина начал есть, и мы с Эсмирой, не сговариваясь, тоже принялись за еду. Мы точно не хотим его злить. Я думала, что мне кусок в горло не полезет, но желудок настойчиво требовал еды. Я не знала, когда удастся еще поесть, поэтому извлекла максимум от этого «ужина».
Карина тоже ела. По ее лицу текла кровь, она всхлипывала, но ела. Больше никто не хотел злить Брахима. Он ненормальный псих. Он общался с нами, словно мы реально давно знакомы и сидим общаемся в дружеской атмосфере. Наши ответы были односложные и зажатые.
– Я знаете что не могу понять, – Рзаев крутил бокал с вином в руке. – Почему все так легко. Годами я не мог добраться ни до кого из Имановых, а тут сразу двое. Это странно, вы так не считаете?
– Наверное, братья стали не такими бдительными, – произнесла Эсмира.
Мы обе поняли, что этот ублюдок любит лесть.
– Ты хочешь сказать, что они меня не боятся? – его глаза ярко вспыхнули.
– Эсира хотела сказать, что вы их переиграли. Усыпили бдительность, и когда они немного расслабились – атаковали. Разыграли все по нотам.
Он сузил глаза, а потом улыбнулся.
– Так и есть. Я могу ждать, хоть это и тяжело. Ешьте десерт.
Я тут же наколола кусочек меренгового рулета.
– Кстати, вы решили, кто из вас умрет? Наверное, пусть это будет Эсмира. Тогда все братья страдать будут.
Еда встала поперек горла, и меня начало мутить. Веры нет, она исчезла. Теперь я уже не думаю, что будет все хорошо. Кажется… Он убьет одну из нас после ужина.
Внезапно в комнату ворвались другие солдаты. Неужели сейчас мы умрем. Мы с Эсмирой посмотрели друг на друга. А вокруг началась какая-то паника.
– Один? Вы уверены?! Приведите его! – кричал Брахим.
Солдаты Рзаева схватили нас и сдернули со стульев, куда-то снова потащили. Я слышала голос Карины, которая бежала следом. Нас вывели на улицу и швырнули на колени. Я больно ударилась, камни впились в кожу. Везде горел свет, а виска коснулось что-то холодное. Я резко дернулась, чтобы посмотреть. Но мне не дали ничего сделать, схватили за волосы. Пистолет. Дуло пистолета сейчас прижимали к моему виску.
Слезы катились по щекам. Я не хочу умирать. Я хочу стать мамой и прожить счастливую жизнь, пожалуйста… Я хочу, чтобы мы с Эсмирой выбрались отсюда живыми.
Иногда наши желания исполняются.
Но какой ценой.
По тропинке шел один человек. И чем ближе подходил, тем сильнее билось мое сердце. Я его узнала прежде, чем полностью увидела.
Миран.
Счастье затопило нутро, а вера вновь вернулась. Хорошо, все будет хорошо! Мой родной, любимый… Он нас спасет.
Мир был собран, как никогда, я не видела его таким ни разу. К нему подошли солдаты Рзаева и обыскали. Он был без оружия. Я верила, что сейчас появятся люди Имановых и всех перебьют.
– В какие игры ты играешь? У меня твои сестра и шлюха! Мы как раз решали, кто из них умрет.
Миран бросил на каждую из нас по мимолетному взгляду. Я вообще ничего не поняла.
– Отпусти их. Они женщины и не несут никакой значимости. Ты сам это знаешь, – разнесся голос Иманова.
– Отпустить? Хм… А что взамен? Кто-то должен умереть. Можешь выбрать, кто именно это будет. Видишь, какой я добрый, – засмеялся Брахим.
– Я предложу тебе то, что ты никогда не мог получить, но так хотел. Самый большой рычаг давления на нашу семью.
– И что же это?
Я не хотела слышать дальнейшие слова. Я знала, что последует дальше… Нет, нет, нет…
– Я предложу тебе себя. Обменяю свою жизнь на жизнь девушек.
Первый раз в жизни мне было тяжело сохранять хладнокровие. Обычно с этим проблем не возникало. Я с самого детства расчетливый и понимаю, когда надо отключить все эмоции. Но сейчас…
Когда дело касается Киры, то я себя не контролирую. Во мне просыпается древний инстинкт защитить, который невозможно погасить. Я на горло себе наступил, чтобы продумать всю эту операцию. Я вынашивал этот план несколько лет. И только недавно все пазлы соединились в картину. Я отчетливо видел, как мы можем уничтожить Рзаева раз и навсегда.
План был простым: заманить Рзаева в его же ловушку.
Когда я отпустил Карину, то я знал, что она не уйдет в закат. Не в ее характере это. Она будет мстить. Изощренно, как умеют только женщины. Я знал, что главный удар придется по Кире. Я старался этого не допустить. Увеличил охрану, с ней всегда был охранник и еще трое держались в тени.
Я старался не думать о том, что что-то может пойти не так. Но даже если и случится худшее, Кира неинтересна, она не представляет собой никакой ценности для них, ее оставят в живых, чтобы до меня добраться.
