– Как прошла ночь? – Тимур попытался завязать разговор. – Мы с Кренделем сегодня проспали. Запах цветущей лианы действует усыпляюще.
– У меня от него голова болит, – буркнул недовольный Нолан.
Оскар пододвинул к себе стакан, предназначенный Гарольду, и отхлебнул прежде, чем гувернёр успел его забрать.
– Это не для вас. И… – Он хотел что-то добавить, но его перебила Ита с букетом свежесрезанных роз.
– Всем доброе утро! Простите за опоздание, такой славный день, не удержалась и с утра убежала в сад. – Стараясь не смотреть на Тимура, она наигранно беспечно обратилась к Кренделю: – Как прошла ночь?
– Всё отлично, – ответил проводник, уплетая творожную запеканку. – Ваш повар – кудесник: что ни блюдо, то шедевр. Обязательно схожу на кухню и поблагодарю. Если так пойдёт, придётся толстеть. Хотя в моём случае это не страшно, штаны расшивать не придётся, – хихикнул Крендель.
– Подайте, пожалуйста, вазу, – попросила Ита.
Тимур встал, но зацепил ногой стул, и тот с грохотом упал.
– Извините за неуклюжесть… – начал Тимур, но увидел расширенные от ужаса глаза девушки. – Что-то случилось? Вам плохо?
Ита отрицательно покачала головой.
Тимур обернулся – на полу в конвульсиях бился Оскар, изо рта обильно текла пена.
– Воды! – закричала вошедшая из кухни Абанга и отшвырнула поднос с чаем. – Нолан, очнись, помоги мне! – Няня подложила под голову мальчика ладони. – Подушку, живо! – крикнула она Нолану
Гувернёр не реагировал, он не мог оторвать взгляд от Оскара. Его лицо исказила гримаса страха и удивления.
– Я вызываю карету скорой помощи, – Ита, спотыкаясь, побежала в холл.
– Глупый, глупый мальчик, – плакала Абанга, раскачиваясь из стороны в сторону.
– Положите его на бок, – Тимур попытался перевернуть тело, – у него пена, он может захлебнуться. Нолан, помогите!
Крендель чувствительно стукнул гувернёра лапой по спине. Тот вздрогнул, пришёл в себя и бросился помогать.
Когда приехала скорая, Оскару было уже легче. Его несколько раз вырвало, и судороги прекратились.
– Мальчику лучше, – вздохнула Абанга, – можем перенести его на диван.
Врач с медсестрой выпроводили всех из комнаты.
Ожидание было мучительным. Побледневший Нолан сидел на ступенях, закрыв лицо руками. Ита плакала и отпаивала успокоительными каплями трясущуюся Абангу. Растерянная Кари шагала взад-вперёд, держась за виски. Мэри сидела на стуле и рассматривала свои туфли. Крендель, не зная, чем себя занять, пялился на лепнину. Тимур сосредоточенно смотрел в окно.
Наконец двери открылись, и семейство бросилось к доктору.
– Всё обошлось, доза лукум барбары была мизерной. Помогло обычное промывание желудка. Ему нужен покой и желательно постельный режим, – объяснил врач, закрывая на ходу саквояж. – Рецепт на столе. Извините, мы спешим, сегодня вызов за вызовом.
– Прошу вас, поднимитесь к Гарольду, – Абанга схватила доктора за рукав. – Он не ест со вчерашнего дня. Пожалуйста!
Нолан в сопровождении доктора и няни бережно отнёс Оскара наверх. Остальные собрались в столовой.
– Ничего не понимаю, – Ита нервно шагала по комнате. – У нас в саду растёт только лукум бербера.
– Это растение? – спросил Тимур, размазывая ложкой кашу по тарелке.
– Да, и очень похожее на ядовитую лукум барбару, – Кари положила локти на стол и пальцами массировала виски.
Вернулась Абанга.
– Всё хорошо, – уставшим голосом сказала няня, отвечая на встревоженный взгляд Иты, и облокотилась на дверной косяк.
– Кусты очень красивые, у нас половина аллей засажена ими. Различить растения трудно, – продолжала Кари, – это может сделать только профессиональный садовник. Няня, пойдём, ляжешь отдохнуть, на тебе лица нет.
Абанга действительно выглядела плохо. Пухлые щёки обвисли, глаза запали, кожа приобрела землистый оттенок, между бровями пролегли глубокие морщины.
Поддерживаемая Кари, она, шаркая ногами, медленно вышла из комнаты.
– Тим, что же происходит? – заплаканная Ита, прижав руки к груди, упала в кресло. – Кто-то хотел убить Оскара?
– Похоже на то, – ответил за него Крендель.
– Несостоявшийся пока ещё убийца, – решительно сказал Тимур, отодвинув тарелку. – Ита, нам следует поговорить с вами наедине.
– Да, конечно… – пролепетала испуганная девушка. – Поднимемся в мою комнату.
– А у вас премиленько, разрешите? – Крендель кивнул на огромное велюровое кресло.
– Да, конечно. Располагайтесь, – Ита махнула рукой и села на стул у зеркала.
– В вашем доме должен быть потайной ход, – Тимур остался стоять у двери, – из комнаты Гарольда. Не помните ничего необычного из детства, связанного с этим местом?
– Нет, – девушка отрицательно покачала головой.
– Подумайте хорошо, – настаивал Тимур.
Ита молчала несколько минут.
– Однажды мы с Гаем играли в прятки. Я спряталась у бабушки в алькове. Брат уже нашёл меня, но тут пришёл Гарольд, и нам пришлось залезть под стол. Хорошо, что скатерть была длинная. Если бы нас обнаружили, на неделю без сладкого оставили бы.
– И? – взволнованно спросил Тимур.
– Сейчас, сейчас… ноги дедушки… – медленно добавила она.
– М-да, – разочарованно вздохнул Крендель.
