– Вот эта дверь, – сказал Тимур, ставя мальчика на пол.
Олав, испуганно оглядываясь, топтался рядом и постоянно вытирал рукавом пот с лица.
– Стой спокойно, все лапы мне сейчас оттопчешь, – шикнул на него Крендель. – Всем страшно, не тебе одному.
Личико Хаима стало серьёзно-сосредоточенным, мальчик один за другим погладил каждый из замков, еле слышно что-то бормоча, словно пытался договориться с ними. Потом отступил на шаг и выставил руки перед собой.
– Как?.. – на глазах изумлённого Тимура пальцы мальчика вытянулись, закрутились и приняли форму ключей. Страннику даже показалось, будто он слышит, как трещат, деформируясь, суставы. Тим испуганно заглянул в лицо Хаима в поисках признаков боли, но малыш оставался спокойным.
Замки щёлкнули одновременно. Крендель вздрогнул и отодвинулся.
– Получилось, – обескураженно пробормотал он. – Я, конечно, верил, но… где-то в глубине души всё-таки сомневался. Тут действительно вспомнишь капитана: иметь такого гражданина в городе проблематично.
– Как ты? – обеспокоенный Олав развернул Хаима к себе.
– Это было интересно! – глаза мальчика довольно сверкали. – Может, ещё что-то открыть надо?
– Нет уж, малыш, на сегодня хватит. Теперь только закрывать будем. Надеюсь. Быстрее, Тим, – Крендель проскользнул в приоткрывшуюся дверь.
Олав подхватил Хаима и поторопился за ними.
– Здесь архив по алфавиту, это всё упрощает, – обрадовался Тимур.
– Ищем ящик на букву «С». Фамилия Пэквы – Скахтлелохски – «жёлтая птица», – уточнил Крендель.
– Вот он!
Стражи башни пропустили их в зал. Сегодня гостей в Амальгаме было на удивление много: почти все скамьи заняты, а к выходу выстроилась целая очередь. Тимур с притихшим Хаимом на руках растерянно оглядывался. Толпа закружила, и, если бы не Крендель, пробивавший дорогу своим массивным телом, их снова вынесло бы на улицу. На лестнице Тимур остановился, пытаясь со ступеней разглядеть кого-то в толпе.
– Что ты там застрял? – заворчал проводник. – Столько посетителей я ещё никогда не видел. Будешь стоять – мы никогда не доберёмся до зеркал. Узкие лестницы башни не рассчитаны на такой наплыв гостей.
– Сейчас. – Тимур ещё раз с надеждой посмотрел по сторонам и, обречённо опустив плечи, стал протискиваться между спускающимися.
– Что за невоспитанность! Сейчас же пропустите! Вас что, родители не научили правилам приличия?! – раздался возмущённый голос.
Тимур оглянулся: над толпой воинственно возвышался ярко-жёлтый зонт. Люди испуганно расступались, образуя проход. Крендель с интересом наблюдал за происходящим: когда ещё увидишь, как одна маленькая старушка в инвалидном кресле пугает уйму народа?
– Если вы сейчас же не отодвинетесь, я проткну вас зонтиком!
– Бабушка!
– Аманда! – голос Тимура предательски сорвался. – Мы здесь! – Он сильнее прижал к себе ничего не понимающего Хаима. – Мы здесь!
Они с трудом протиснулись назад – навстречу Кондаковым.
– Какая неожиданная встреча, – весело проворковал проводник. – Давно не виделись!
– Вы, вы… – Тимур не мог сдержать счастливую улыбку.
– Нас не было в городе, – оправдывалась Аманда. – Приехали полчаса назад, прочитали ваше письмо и еле нашли свободный кеб. Как хорошо вы придумали!
– Что происходит? – недоумевающий Крендель уставился на Тимура.
– Сначала на воздух, – скомандовала Амалия Викентьевна. – Здесь просто невозможно находиться! Этой ночью Амальгама трещит от гостей.
– Ты ничего мне не сказал, – обиженно ворчал проводник.
– Не сердись, пожалуйста, – Тимур тронул его за лапу. – Я отправил письмо телеграфом перед самым уходом и, честно, даже не надеялся, что всё получится. Хотел сказать тебе в башне, а там столько народу.
– Да ладно, – зажмурился Крендель от удовольствия. – Ты правильно поступил, мне бы и в голову такое не пришло. Видел, что он с ними сделал?
Тимур промолчал, перед его глазами стояли лица: счастливое – Хаима, окружённого хлопочущими вокруг женщинами, помолодевшее – поглощённой заботой Амалии и жизнерадостное, сияющее счастьем – Аманды.
День стоял безветренный, и Тимур решил потренироваться в парке. Но, проезжая мимо зарослей сирени, внезапно наткнулся на Ника с Лианой, которые яростно о чём-то спорили. Он не хотел им мешать и, поскольку кусты полностью скрывали коляску, решил остаться в укрытии. Слов было не разобрать, он лишь видел, как Ник несколько раз хотел взять Лиану за руку, но женщина вырывалась и пыталась уйти. Очередная попытка закончилась звонкой пощёчиной.
– Ого, – охнул Тимур, ему было искренне жаль этих двух запутавшихся в реальностях людей.
Неизвестно, чем мог закончиться спор, если бы с другой стороны аллеи не появилась Лиза. Разговор в мгновение стал спокойным. Лисёнок сразу забралась на руки Ника, дотянулась и обняла за шею Лиану. Её рыжие кудряшки оказались между лицами взрослых. Тимур рассмеялся: ребёнок – прирождённый манипулятор. Возможно, гениального художника из неё и не выйдет, но политик получится отличный. Через несколько минут троица двинулась по парку. Лиза держала взрослых за руки и, видимо, бесконечно задавала вопросы, потому что её голова постоянно поворачивалась от одного к другому.
