– Не помню, – признался сэр Тристрам, – единственное, что осталось в памяти, это то, что вы разнесли в осколки зеркало и повалили часы.
Сэр Хью уставился на сэра Тристрама и вдруг с явным удовольствием воскликнул:
– Шилд! Так вот вы кто! Я сразу же вас узнал! Больше того, я помню, где видел вас в последний раз.
Сэр Тристрам обменялся с ним рукопожатиями.
– Во время боя Мендозы с Уорром в прошлом году, – подтвердил он безо всяких колебаний. – Помню, что вы сидели на крыше своей кареты, рядом с моим экипажем.
– Так и было, – подтвердил Тэйн. – Какой турнир! А вы видели последнюю схватку Дэна с Хэмфри? Это было года два или три назад?
– Я видел, как он дважды побил Хэмфри. Я был на турнире с Фитцджералдом в девяносто первом году.
– Неужели? Вы там были? Так скажите мне, Фитцджералд на самом деле очень уж осторожен или нет?
– Осторожен? Вовсе нет, даже напротив, довольно быстр!
– В самом деле? Мне это интересно, потому что…
– Если вы собираетесь говорить о призовых бойцах, то я оставляю вас, – сказала мисс Тэйн.
– Нет, не уходите! Я вовсе не интересуюсь призовыми бойцами, – протянул к ней руку Людовик. – Кстати, вы нашли ту самую панель?
«Кстати»?.. Столь небрежное отношение к работе, которой она занималась все утро, заставило мисс Тэйн раздраженно ответить:
– Нет, Людовик, мы не нашли ту самую панель.
– Я так и думал! – усмехнулся он.
Мисс Тэйн едва справилась со своими чувствами.
– Ты потеряла что-нибудь? – выказал сочувствие сэр Хью.
– Нет, дорогой, не я, – холодно ответила мисс Тэйн. – Это лорд Левенхэм потерял кольцо-талисман. Как-то ночью проиграл его в «Кокосовой пальме».
– Да, я помню, ты говорила мне об этом какой-то вздор, – признал Тэйн. – Если хотите моего совета, Левенхэм, никогда не играйте в «Кокосовой пальме». Я встретил там как-то капитана Шарпа. Была крупная игра. Мне с самого начала показалось, что у них кости с тяжелыми вставками.
– Игра шла довольно честная, – безразлично заметил Людовик.
– А я вам говорю, что нет! – терпеливо, но с нажимом повторил сэр Хью. – Я разбил одну кость и увидел там груз.
– Я не об этом! Я обычно играю в пикет. Никогда в жизни не играл в «Кокосовой пальме». Обычно играю в «Омаке» и в Брук-клубе, естественно.
– В Брук-клубе всегда хорошая игра, – с удовлетворением кивнул Тэйн.
Сара, видя, что дискуссия об игорных клубах Лондона затягивается, вмешалась, пока Людовик не ляпнул чего-нибудь лишнего. Она жестко напомнила ему, что у них есть более серьезные темы для разговора, чем азартные игры, и добавила, что все ее усилия выполнить его поручение оказались не только бесплодными, но и обескураживающими.
– Ваш кузен прослышал о слуге Эстаси и, без сомнения, что-то подозревает. К счастью, сэр Тристрам сохранил присутствие духа и сказал, что это был… Как вы назвали того человека, сэр Тристрам?
– Джем Саннинг, – ответил Шилд. – Вы помните его, Людовик?
– Да, но я думал, он уехал в Америку.
– Он на самом деле уехал. Вот почему я и выбрал его. Но я не уверен, что Красавчик мне поверил. Вас надо перевезти в более безопасное место. Если не хотите поехать в Голландию…
– Не хочу!
Сэр Хью неожиданно пришел на помощь Людовику.
– Голландия? – переспросил он. – На вашем месте я ни за что не поехал бы в Голландию. Мне там совсем не нравится. Рим – вот это да! Хороший город, хотя там чересчур уж много картин.
– Я собираюсь остаться здесь, – заявил Людовик. – На случай, если дело обернется плохо, всегда есть подвал.
– Вот об этом я как раз подумал, – с одобрением подхватил Тэйн. – Я убежден, что там всего гораздо больше, чем мы думаем. Мне со вчерашнего дня не подают канадского вина!
– Хорошо, если вы так упорствуете, Людовик, – сказал сэр Тристрам, – то я больше не буду терять времени, чтобы переубедить вас. Вы всерьез думаете, что кольцо может быть где-то за панелью?
– Конечно всерьез! Там для него самое место. А куда же еще он мог его спрятать?
– Если я помогу вам проникнуть в дом, вы найдете ту панель?
– Могу попытаться, – с надеждой сказал Людовик.
– Но я уже помогал в одной неудачной попытке отыскать ее, и у меня нет никакого желания еще раз повторять это.
– Если только я окажусь в Дауер-Хаус, – ответил Людовик, – я сразу же узнаю панель, как только увижу ее.
– Красавчик говорил, что на этой неделе поедет в город на один день. Это будет для нас как раз удобным случаем.
Мисс Тэйн кашлянула:
– А каким образом, сэр, вы проникнете в Дауер-Хаус? Этот вопрос все время беспокоит меня.
– Очень просто – через окно, – ответил Людовик. – Это совсем не трудно!
Она бросила вопросительный взгляд на Шилда:
– Боюсь, вы никогда не уговорите сэра Тристрама пойти на такой нелепый поступок.
Он в свою очередь взглянул на нее, как бы оценивая:
– Я вижу, вы довольно робкая женщина, мисс Тэйн.
Сара улыбнулась, но ничего не ответила. Ее брату, следившему за этим разговором с изумленным выражением лица, все это вдруг показалось весьма странным.
– Вы не можете проникнуть в чужой дом! – изрек он.
– Нет, могу! – возразил Людовик. – Здесь нет ничего страшного.
– Но это преступное действие! – сказал сэр Хью.
