Миры Уильяма Моррисона. Том 3 полностью

— Знаем, — твердо ответил Марко. — Суперы учат. Хорошие учителя. Мы учимся. Низшие учатся.

«Что пытался сказать Марко? — подумал капитан. -Низшие достаточно обучились, чтобы работать самостоятельно? Суперы им больше не нужны? Но как, как все это произошло?»

— Корабли прилетают, — продолжал Марко. — Не страшно. Низшие воюют с ними. Низшие любят суперов.

Капитан вернулся к себе в каюту, сел и положил на стол гудящую голову, в которой отчаянно стучали молоточки. Он долго просидел в таком положении, складывая логическую цепочку событий: корабли — бессмысленное нападение — вот причина нынешних проблем. Корабли чем-то облучили их, и облучение повлияло на их мозги. Превосходные, мощные мозги суперов…

Услышав какой-то звук, капитан резко поднял голову. Он увидел свою красавицу-жену, сидящую в кресле и, очевидно, спящую с открытыми глазами. В углу сидел молодой лейтенант и беззвучно плакал, закрыв лицо руками. И все остальные тоже были здесь. Капитан увидел своих друзей и подчиненных. Все они пребывали на разных стадиях вырождения, беспомощные, а некоторые уже опустившиеся до уровня животных. Низшие же продолжали возводить колонию. Но почему? Почему именно они, результаты евгенических экспериментов в течение многих поколений, оказались неуязвимыми для странного облучения? Как это может объяснить наука? И чем все закончится? А может, это еще не конец?

Голова раскалывалась. Эта боль раздражала капитана, из-за нее он не мог привести в порядок мысли. А может, это начало его превращения в идиота? Что же делать ему, главе будущей колонии? Как он может все бросить?

К капитану подошел Марко.

— Низшие добры к суперам, — произнес он. — Не бойся.

Неожиданно капитан понял, какое будущее ждет эту планету. Здесь будут всем править низшие. Да они уже управляют всем! В то время, как суперы будут постепенно тупеть, низшие станут развиваться и улучшать свой разум. Не ограничиваемые ни в чем суперами, они, в конечном итоге, завоюют планету и через несколько поколений станут настоящей расой господ, содержащих полностью зависящих от них потомков суперов. Такое будущее совершенно не понравилось капитану.

— Низшие добры к суперам, — повторил Марко, ожидая одобрения от капитана.

— Да будь ты проклят, Марко! — безумно завопил капитан. — Мне не нужна твоя доброта!

Он бросился к своему столу, рванул ящик и выхватил из него пистолет. Но Марко оказался быстрее. Прыгнув на капитана, он стал вырывать у него пистолет. Раздался выстрел, пробивший в потолке каюты дыру.

На крики капитана в каюту вбежали низшие, хотя его жена и лейтенант никак не отреагировали. Все вместе они скрутили капитана и связали ему руки.

Марко переполнил бьющий через край восторг. Ум его функционировал теперь лучше, чем прежде, он выучил слова, которых прежде не знал, узнал новые факты, понял новые идеи, недоступные ему раньше. А впереди еще предстояло много чего узнать. Но, тем не менее, он страстно хотел помочь бедным беспомощным суперам, даже теперь, когда исполнил свою мечту — спас, наконец, жизнь капитану.

Капитан извивался, пытаясь вырваться, но низшие бережно усадили его на пол. Марко подошел и положил руку ему на плечо.

— Все хорошо, капитан, — сказал он. — Низшие будут добры к суперам.

Super Science Stories, 1951 № 6

Нужно знать, что Палмер любил свою жену, как и прежде, иначе вы не поймете, в чем тут дело. «Все это для ее пользы», — дюжину раз повторил он себе на протяжении предыдущего дня. Этим он успокаивал свою разбушевавшуюся совесть. Он не думал, что становится кем-то вроде убийцы.

Она сидела возле искусственного камина, милого пережитка старины, читая какую-то книгу, точно так же, словно была дома на Марсе, а не на этом безжизненном камне. Она быстро приспособилась к одиночеству и странностям этой жизни — к отсутствию друзей, к необходимости экономить воздух, к странному ощущению искусственной силы тяжести, которая временами чуть колебалась, если в топливе станционного генератора попадались примеси. Она привыкла, практически, ко всему, кроме мужа.

Казалось, она почувствовала его взгляд, потому что обернулась и улыбнулась.

— У тебя все нормально, дорогой? — спросила она.

— Естественно. А у тебя?

— Так же, как можно было ожидать.

— Значит, не очень хорошо…

Она не ответила. «Она не хочет этого, но действительно завидует мне, — подумал он. — Ну, тогда мне нужно сделать так, чтобы ей нечему было завидовать». Он посмотрел через толстое окно из прозрачного металлопластика на великолепие звезд, ярко горящих и незамутненных взвесью или атмосферой.

Истории о несчастных смотрителях маяков, живущих на астероидах, были не применимы к этой особой космической скале. Здесь была замечательная, невероятно милая жизнь. По крайней мере, для него это был выход. И одновременно, это был выход для его жены.